– Право же, сир, – сказал д'Эпернон, – вы так странно смотрите на мальчика, что он смущается.
– Да, правда. Не знаю почему, я не в состоянии оторвать от него взгляда. Мне сдается, что я уже видел его или еще когда-нибудь увижу. Кажется, он являлся мне во сне. Ну вот, я начинаю заговариваться. Ступай, монашек, ты хорошо выполнил поручение. Письмо будет послано тому, кто его ждет. Не беспокойся. Д'Эпернон!
– Сир?
– Выдать ему десять экю.
– Благодарю, – произнес монах.
– Можно подумать, что свое «благодарю» ты цедишь сквозь зубы! – сказал д'Эпернон, который не понимал, как это монах может пренебречь десятью экю.
– Я так говорю, – ответил маленький Жак, – потому что предпочел бы один из тех замечательных испанских кинжалов, что висят тут на стене.
– Как? Тебе не нужны деньги, чтобы смотреть балаганы на Сен-Лоранской ярмарке или веселиться в вертепах на улице Сент-Маргерит? – спросил д'Эпернон.
– Я дал обеты бедности и целомудрия, – ответил Жак.
– Дай ему один из этих испанских клинков, и пусть он идет, – сказал король.
Герцог, человек скопидомный, выбрал нож с наименее богато разукрашенной рукояткой и подал его монашку.
Это был каталонский нож, с широким, остро наточенным лезвием в прочной рукоятке из украшенного резьбою рога.
Жак взял его в полном восторге от того, что получил такое прекрасное оружие, и удалился, Когда Жак ушел, герцог снова попытался расспросить короля.
– Герцог, – прервал его король, – найдется ли среди твоих сорока пяти два или три человека, хорошо ездящих верхом?
– По меньшей мере человек двенадцать, сир, а через месяц и все будут отличными кавалеристами.
– Выбери из них двух, и пусть они сейчас же зайдут ко мне.
Герцог поклонился, вышел и вызвал в приемную Луаньяка.
Тот явился через несколько секунд.
– Луаньяк, – сказал герцог, – пришлите мне сейчас же двух хороших кавалеристов. Его величество сам даст им поручение.
Быстро пройдя через галерею, Луаньяк подошел к помещению, которое мы отныне будем называть казармой Сорока пяти.
Там он открыл дверь и начальническим тоном позвал:
– Господин де Карменж! Господин де Биран!
– Господин де Биран вышел, – сказал дежурный.
– Как, без разрешения?
– Он изучает один из городских кварталов по поручению, которое дал ему нынче утром герцог д'Эпернон.
– Отлично! Тогда позовите господина де Сент-Малина.
Оба имени громко прозвучали под сводами зала, и двое избранных тотчас же появились.
– Господа, – сказал Луаньяк, – пойдемте к господину герцогу д'Эпернону.
И он повел их к герцогу, который, отпустив Луаньяка, в свою очередь, повел их к королю.