– Ношеная одежда возврату не подлежит, мисс Джонс, – напомнил он ей.
И вдруг, забыв о своем страхе, Валентина рассердилась и вздернула подбородок.
– Тогда непонятно, почему вы ждали две недели, чтобы спросить меня о деньгах. Если бы вы сказали о них раньше, я бы вернула товар.
Такое заявление несколько обескуражило президента компании. Он прокашлялся.
– Мы уходим от темы, мисс Джонс. Вы – воровка, а я не могу позволить нечистым на руку людям работать в «Блубоннет». Я скажу своей секретарше, чтобы вам дали двухнедельное выходное пособие, и будем считать этот инцидент исчерпанным. Уверен, что вы сможете найти себе новое место…
Он выгоняет ее! Будь он проклят!
Или теперь, или никогда! Валентина перевела дух, облизнула губы и насмешливо произнесла:
– Не хотите ли взглянуть, что я еще купила на ваши пятьсот долларов?
– Думаю, что нет, не хочу, я…
– Вы увидите это, – перебила его Валентина, вставая с кресла.
Киркленд Трент не мигая смотрел на нее, пока она медленно поднимала юбку. Его небольшие голубые глаза округлились и стали похожи на серебряные доллары, лицо покраснело, а стоячий белый воротничок рубашки внезапно оказался слишком тесным.
Валентине захотелось громко рассмеяться, но она сдержалась. Подняв юбку до самой талии, она удерживала ее в таком положении достаточно долго, чтобы ошеломленный зритель мог хорошенько рассмотреть все – от мягкой округлости живота до темного треугольничка между бедрами.
– Видите эти трусики, мистер Трент? Это вы купили их для меня в магазине Неймана Маркуса. Разве они не красивы?
– Они… это вы красивы, прекрасны, – с трудом вымолвил Трент, и капельки пота выступили на его тонких усах и блестящем лбу.
– Вы можете взять их назад! – Она стала медленно покачивать своими роскошными бедрами и, зацепив большими пальцами эластичный поясок, стянула трусики вниз, а вместе с ними опустилась и ее широкая серая юбка. Валентина покрутила трусики на указательном пальце и, тихо засмеявшись, положила их на его макушку. Трент производил впечатление человека, ослепленного вспышкой молнии.
– Ну вот, теперь они целиком ваши, мистер Трент, – продолжала между тем Валентина. – Надевались только один раз, да и то минут на десять.
Она стояла рядом с боссом и улыбалась ему.
Киркленд Трент медленно убрал трусики со своей блестящей лысины и бросил их на пушистый ковер.
– Мисс Джонс, я не уволю вас, если вы… если вы…
– Что, мистер Трент? – Валентина прижала свои ладони к его пухлым щекам.
– Позволите мне еще раз взглянуть на вас, – сказал он извиняющимся голосом.
Валентина никогда не видела столь возбужденного мужчину. Лысая голова Трента была прижата к спинке высокого кожаного кресла, а руки так плотно уцепились за подлокотники, что побелели костяшки пальцев. Она удивилась, что смогла довести до такого состояния этого человека.