Джо стала медленно поднимать винтовку. Зверь словно только этого и ждал. Джо едва успела вскинуть винтовку и приставить ее к плечу, как барс прыгнул с ветки. Она выстрелила, и в тот же момент зверь упал на нее. Джо почувствовала, как когти барса впились в ее левую руку, задев и левую сторону груди. Она услышала собственный крик.
В следующий момент барс уже лежал на земле, корчась в предсмертной агонии. Джо вскинула винтовку, прицелилась и выстрелила ему в голову. Слезы облегчения текли у нее из глаз, но страх все еще сжимал сердце женщины. Спотыкаясь, она отошла от мертвого зверя и взглянула на свою руку.
– О Боже, – пробормотала Джо, увидев текущую по руке кровь. Все произошло так быстро, и от шока она не почувствовала боли.
Джо понимала, что теперь она не сможет дотащить лося. Сейчас главное промыть рану и перевязать руку. А затем она сможет привести сюда лошадь и забрать тушу. Джо не знала, можно ли есть мясо снежного барса, но решила, что, по крайней мере, разделает его, а мясом станет кормить Спирита.
Она подняла пальто и пошла прочь. Полмили показались ей как две, Джо с трудом передвигалась. Сердце ее все еще сильно билось, глаза вспухли от слез. К тому времени, как Джо добралась до дома, она едва не теряла сознание от большой потери крови.
Джо вошла в дом, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь прийти в себя. Она слышала запах свежего хлеба, кабачок все еще лежал на столе. Каким-то образом вид дома и запах хлеба успокоили ее и вернули чувство безопасности. Она подошла к шкафу, достала кастрюлю и налила в нее воды из ведра. Затем оторвала разорванный рукав платья и осмотрела рану. Джо поморщилась, при виде крови, не зная, останутся ли шрамы.
Она взяла чистое полотенце, опустила в воду, отжала и приложила к глубокой ране, оставленной когтями барса. Джо нашла бутылку виски, открыла ее и, держа руку над кастрюлей, полила рану. Она закричала от резкой боли, но никто не мог ее услышать. Спирит странно посмотрел на нее, а затем начал нюхать пол и слизывать кровь, капающую с ее руки.
Джо снова полила виски на рану, а затем нашла в шкафу марлю. С помощью подбородка она зажала конец марли и стала туго бинтовать руку, затем взяла еще кусок марли и приложила к ране на левой груди.
Рука очень болела, и у Джо кружилась голова. Она закрыла дверь на засов и легла на кровать, моля Бога, чтобы с лошадьми ничего не случилось, пока она поспит. У нее не было сил спускаться в долину и загонять их в сарай.
Комната кружилась перед глазами Джо, когда она ложилась в постель. Последнее, что она запомнила, был Спирит, лежащий на половике возле ее кровати и с любопытством смотревший на хозяйку.