— Я не вещь!
— Замучишься объяснять. Так ведь не поймет кто-нибудь, да и приберет для хозяйства. И назад ведь не потребуешь, коли сама признаешься, что ничейной оказалась.
— Ты… Ты тупой мужлан!
— Я знаю. Но давай это останется нашей маленькой тайной.
— Господин, плот отплывает!
— Пускай.
— Я не успела собрать камни!
— Ничего, река длинная. Найдется еще, где пособирать. Ложись, отдыхай.
Тария опустилась на колени на краю плота, настороженно глядя то на Олега, то на Роксалану.
— Не беспокойся, она не станет возражать. А ты иди сюда.
К удивлению Олега, Роксалана послушалась и села рядом.
— Чего тебе, ненормальный?
— Скажи, тебе сильно понравится, если тобой начнет командовать водитель твоего папы?
— С какой стати?! — моментально вскинулась спутница.
— Я так и думал, — кивнул Середин. — Так вот, для Тарии тоже есть только два варианта отношений. Или ты старшая жена, и тебя надлежит слушаться, или… Или даже разговоры только через меня. Ибо я единственный владыка и защитник. Ты же умная девочка. Что скажешь?
— Ладно, — неожиданно легко согласилась Роксалана и поднялась. — Но только старшей женой. И спать я буду между нею и тобой. Знаю я, чего у тебя на уме!
— Да, дорогая, — кивнул Олег. Он тоже встал и взялся за весло, выводя плот на середину неширокой, всего метров десять, реки. — Как скажешь, дорогая.
Хоть от одной проблемы он избавился. Еще ему не хватало испорченным телефоном несколько месяцев работать! И всем подряд объяснять, что за забавные отношения у него со своими дамами.
— Течение тут километра три, — на глазок прикинул он. — Плыть, коли все спокойно будет, тысячи две. Значит… по двенадцать часов в сутки… Где-то два месяца выходит.
Двенадцать часов в сутки — это предел. Совсем без остановок не получится. В темноте не поплывешь. К тому же дрова нужно регулярно набирать, о еде как-то заботиться. Ну, и естественные надобности.
— Ладно, два так два. Лишь бы Ворона никуда от Мурома не унесло.
Роксалана вышла из палатки, сунула в воду кусок глины, пополоскала. Покрутила перед собой:
— Олег, а чего это с ним?
— Что там?
— Оно все в пятнах и разводах!
Ведун бросил весло, взял у нее что-то тонкое и ажурное, но все в коричневых пятнах и щербинах. Он потер металл пальцем, до изначального желтого цвета:
— Золото, что ли?
— Ну да, колье! Я же сделала четыре штуки. Я форму аккуратно палочкой делала, все выемки. А оно, смотри, все как пожевано!
— Глина была сырая?
— Естественно! Как же иначе форму рисовать?
— Ты налила горячее золото, вода закипела, превратилась в пар. Вот тебе и каверны по всей поверхности. А грязь смоется. Просто много мелких щелочек, вот она и держится.