— Каково это — быть сыном Темного Властелина?
— А как ты думаешь? — ехидно поинтересовался я.
— Не, мы, конечно, слышали ваши вопли, — не отставал Торм, — но а все же?
Остальные тоже с любопытством уставились на меня.
— Не знаю, — пожал плечами я, руку опять дернуло. — Я не могу сравнивать. Не с чем. Как по мне так нормально.
— А вы правда на завтрак людей едите? — подала голос очухавшаяся Амата, осторожно, бочком, отодвигаясь от меня.
— Ага, — с самым серьезным выражением лица кивнул я. — Людей на завтрак, гномов — на обед, а эльфов — на ужин! А, забыл! Клириков, как особо ненормальных, выделяем из общей кучки и — на полдник их! — И, поясняя добавил: — Мясо сладкое.
Ой, про оборотней забыл… Команда резко сбледнула с лица.
— Почему? — тихо, очень печально переспросил гном.
— Что — «почему»? — Рука не давала покоя. Да когда ж ты заживешь, зараза? И после этого кто-то еще заикается про ускоренную регенерацию!
— Почему гномов на обед? — судорожно вцепился в секиру Торм.
— А на сон грядущий наедаться вредно! — ехидно ухмыльнулся я и, не выдержав, расхохотался.
— Ди! — Рассерженный вскрик Таймы перекрыл мой смех. — Этим же не шутят!
— А я виноват, что вы в сказки верите? — парировал я. — Мне тоже отец в детстве на ночь рассказывал, что светлые очень любят есть кузнечиков!
Вангар подавился воздухом.
— Кого-кого мы едим? — прокашлявшись, переспросил он.
— Ну насекомых всяческих… — Я попытался вспомнить: — Кузнечиков, гусениц… Лягушек вот, змеюк там, червяков… Ну и еще чего-то там по мелочи.
— Враки! — возмутился предводитель. — Не едим мы эту пакость!
— Вот! — подловил я его. — А нас что есть заставляете?! Мне, между прочим, больше всего стейк из горгоны нравится!
— Из кого-о-о? — синхронно округлила глаза команда.
— Из горгоны… — Не понял, а что я такого сказал?
— И вы что, на них охотитесь? — недоверчиво уточнила Тайма.
— Когда охотимся, а когда и разводим.
Хотя на диких горгон охотятся редко… На луа, похожего на гигантского зайца, и на водяного быка тарушти — и то чаще.
— М-да… — протянул гном, — дважды подумаю, если меня темные мясом угощать будут!
— А что? — удивился я. — На вкус — говядина говядиной.
Тайма молча поднялась на ноги, извлекла из общей кучи вещей свой мешок, вытащила оттуда кусок материи, служивший нам на природе столом, и принялась молча раскладывать на нем продукты команды и мои.
— Да что вы с ним тут еду обсуждаете?! — взорвался стоявший невдалеке Шамит.
Долго же он молчал. Что-то в лесу сдохло, не иначе. А рыжик между тем продолжал:
— Да всех темных еще в утробе матери убивать надо!