– Мы не можем допустить, чтобы она оставалась в тюрьме, Георг. Это – оскорбление нашей семье.
– Ты права. Мы должны прекратить это. Как они смеют! Жизнь моей сестры в опасности, так мне сообщили. Они выведут ее из тюрьмы и… казнят… варварски! Что нам делать, а? Что нам делать, что? Что? Порой мне кажется, что я схожу с ума.
– Георг, Бога ради, не говори так!
Секунду-другую они в ужасе смотрели друг на друга, а затем вдовствующая принцесса тихо проговорила:
– Мы должны найти выход, чтобы спасти Каролину-Матильду. Я считаю, Георг, что это – вопрос, который тебе следует поставить перед твоими министрами.
Георг кивнул. Чтобы вызволить Генри из скандальной истории, ему пришлось обратиться к Норту и воспользоваться цивильным листом, но новая проблема касается взаимоотношений между двумя странами. Все здесь гораздо серьезнее и опаснее.
Из окна своей тюрьмы, располагавшейся на Саунде возле Эльсинора, Каролина-Матильда могла видеть огни Копенгагена. Город праздновал ее падение, так, по крайней мере, ей было сказано. Столь сильно все ее ненавидели.
Но не больше, чем я их… всех их, подумала она. Георг приедет и заберет меня отсюда. Они не должны забывать, что я – сестра короля Англии, а он хороший король; он любит свою семью и никогда не оставит в беде свою сестренку.
О, пожалуйста, Георг, пришли кого-нибудь поскорее. Она закрыла глаза, чтобы не видеть эту ослепляющую иллюминацию, и стала думать о доме. Кью и Ричмонд, Хэмптон и Кенсингтон, Букингемский дворец, которым так гордилась Шарлотта. Шарлотте повезло, вышла замуж также как и я за незнакомца, но им оказался Георг, самый милый и добрый из всех мужчин.
О, Георг, забери меня отсюда, я хочу домой.
Все пошло не так, с тех пор как Каролина-Матильда покинула свой дом, но все опять будет хорошо, если она вернется назад. Мать станет бранить и обвинять ее, но она сумеет ответить ей. А как же, мамочка, ты и лорд Бьют? Почему же мне нельзя иметь любовника? Король ненавистен мне, а Струенси такой умный, красивый, такой умелый. Словом, у него было все то, чего не было у Кристиана.
Два года тому назад вдовствующая принцесса приехала навестить ее, и Каролина-Матильда поняла, что мать приготовилась увещевать ее. Но ей не представилось такой возможности. В то время вдовствующую принцессу постоянно сопровождал Джон Фридрих Струенси, и находил озорное удовольствие в том, чтобы не позволить матери перемолвиться с дочерью хоть одним словом наедине. Каролина-Матильда распорядилась, чтобы их отвлекали каким-либо замечанием или просьбой, если вдовствующая принцесса начнет расспрашивать ее.