Возвращаясь позже домой, Линда обеспокоенно спросила:
— Все прошло хорошо? Я жалела, что не знаю французского, того, на котором говоришь ты, а не просто отдельных слов.
— Ты имела огромный успех, Линда. Мужчины мне завидовали, а женщины поздравляли. И если ты пожелаешь, впереди у тебя бурная светская жизнь.
— Конечно, — сказала Линда, — я люблю общаться с людьми, ходить в театры и все такое прочее, но не слишком часто... И только с тобой.
— Я, конечно, постараюсь всюду сопровождать тебя. Однако на приглашения к утреннему кофе тебе придется отвечать самой.
— Нечто подобное ожидает меня завтра утром. Благотворительное чаепитие, которое устраивается для того, чтобы собрать деньги на благоустройство приюта. Мэр спросил, не смогу ли я прийти. Я попросила Мари испечь печенье, чтобы не приходить с пустыми руками. Ты не возражаешь?
— Конечно нет, моя дорогая Линда. Это твой дом, и ты можешь делать здесь все, что тебе угодно. И я рад, что тебе нравится наша деревня. Моя мать принимала большое участие в ее делах, и мэр будет рад тому, что и тебе они не чужды.
Визит в деревню прошел удачно. Линда старалась говорить только по-французски, чтобы попрактиковаться в языке, и дети и их матери с удивительным сочувствием отнеслись к ее попыткам, поощряя и, когда нужно, поправляя ее. Никто из них и не думал смеяться над ее неуклюжими фразами.
Никто не смеялся и в тех домах, где ее принимали впоследствии. Впрочем, все говорили с ней по-английски. Жены коллег Люка были необычайно добры к ней, и круг ее знакомых все расширялся. Тщательно скрывая свое любопытство по отношению к ней, женщины советовали, в какие магазины лучше ходить, роняли деликатные намеки по поводу того, что лучше надеть на тот или иной случай. Линда все принимала во внимание, чувствуя, что они хотят стать ее друзьями, а вовсе не пытаются поучать.
Но она не позволяла светским обязанностям целиком поглотить ее. Под руководством Мари она начала вникать в хозяйственные дела дома: заказывала продукты, внимательно осматривала чудесную старинную мебель, которая могла нуждаться в ремонте, изучала содержимое огромных бельевых шкафов.
Кроме того, она часто бывала в деревне, куда каждый раз отправлялась пешком с Шодэ. Она пила кофе в доме мэра, беседовала с пожилой учительницей начальных классов, участвовала в работе комитета, готовившего празднование Рождества. Ее дни были наполнены, и она чувствовала себя счастливой... Хотя не совсем, потому что очень мало видела Люка.