Самое интересное, что Мэй за это время почти полностью вернулся в прежнее нормальное состояние. Стал бодрым и веселым. Хм, на интересные мысли наводит. Ну, в общем, со всеми этими "приключениями" провозились весь день.
Возвращались мы уже вечером, примерно, как я вчера, начало темнеть. Остановились у подъезда молча. Ну, Фикус вообще предпочитает помалкивать, а вот Максим явно о чем-то задумался. И, похоже, в задумчивости этак невзначай меня за плечи обнял. Хотел, кажется за талию, но я - вот огорчение! - ростом не вышла. Пришлось бы мне немножко подпрыгнуть, или ему сложиться в два раза. Я тоже задумалась, стоит ли на это как-то реагировать или сделать вид, что тоже по рассеянности не заметила.
Стоим, продолжаем молчать, вроде как воздухом свежим дышим. Недолго, правда, Максим встрепенулся, словно вспомнив о чем-то, вынул из кармана ключи от квартиры и бросил их Мэю.
- Иди, второй этаж, двадцать первая квартира. Открыть сможешь?
Мэй кивнул, неуверенно оглянулся на меня, но все-таки пошел, куда послали. Так, от посторонних избавились, что-то сейчас будет. Я, честно говоря, ожидала сперва серьезного разговора или чего-то в этом роде, но Максим, видимо, не расположен был разводить лишние разговоры. Я только и успела, что протестующее пискнуть, как была подхвачена за талию, поставлена на лавочку и поцелована… Тьфу, вот чушь в голову лезет! Впрочем, чушь выветрилась практически сразу, я даже забыла, что собиралась возмутиться этим самоуправством. Надо признать, что целуется Максим просто потрясающе, а уж обнимает как крепко!…
На какое-то время я просто выпала из реальности получая огромное удовольствие от поцелуя. Только вот возвращение в эту самую реальность вышло не самым приятным. Сначала у меня, непонятно от чего, резко разболелась рука, а потом знакомый, но до дрожи злой голос ядовито поинтересовался, кажется над самым ухом:
- Хорошо время проводите?
Я только вздрогнула, поспешно прерывая поцелуй. Максим же посмотрел куда-то мне за спину и ответил совершенно спокойно:
- Хорошо. А что, какие-то проблемы?
Я замерла, честно говоря, боясь даже обернуться. Очень уж яркая и сильная злость шла от Антона. Мне было здорово не по себе, да к тому же неприятно, что он застал меня в такой ситуации. Словно обманула кого-то, то ли его, то ли себя.
- Проблемы? - переспросил Антон нехорошим голосом. - Уже никаких проблем. - А затем приказал резко, как ударил: - Отойди от него и больше не приближайся ближе, чем на три метра.
Я даже возразить не смогла, меня развернуло и как-то боком стащило с лавочки, потянув прочь от Максима. Словно невидимой веревкой связало и потащило. Я тут же разозлилась. Какого черта?! Кто ему вообще дал право вмешиваться в мою личную жизнь, думает раз Лорд, так может мной распоряжаться, как хочет? Из чистого упрямства пытаюсь сопротивляться, результатов никаких. Тело, словно ставшее внезапно чужим, послушно двигалось к Антону. Это, оказывается страшно, когда тебя не слушается собственное тело. Страшно и очень, очень неприятно - чувствовать свою полную беспомощность, особенно когда в этом виноват человек, которому ты до сих пор полностью доверяла.