Первое время девочка ни с кем там не общалась. Она шарахалась от детей и воспитателей, не желая ни дружить со сверстниками, ни подчиняться общим правилам. Она ненавидела детдом всей душой и очень хотела вернуться к папе. Но мечтам о встрече с отцом не суждено было сбыться – не отсидев и половины срока, Борис скончался. Милочка стала круглой сиротой. А потом ее удочерили.
Красивую девчушку взяла на воспитание весьма обеспеченная, но довольно странная семейная пара. Нинусик и Колюсик. Нюсик и Кусик. Два придурка, которые не разговаривали по-человечески, а сюсюкали. И давали всем, не только себе, идиотские прозвища. Милу, например, нарекли Милли. И разговаривали с ней, ломая язык. «Будь холосой девотькой, скусай каску», – увещевала Милу Нинуся и совала, как грудничку, ложку с овсянкой прямо в рот. Идиотизм! Но «Милли» терпела, а все из-за денег, которые вытаскивала у «родителей» из карманов и кошельков. Она наделялась набрать крупную сумму и сбежать. Но не набрала. И не сбежала. Ее застукали. Кусик, давно заметивший недостачу наличности в своем кармане, подстерег Милу и поймал за руку. Девочку вернули в детдом.
Вслед за Нюсиком и Кусиком ее «родителями» перебывали еще три пары. Но ни с кем Милочка не уживалась. В итоге ее кандидатуру перестали рекомендовать потенциальным опекунам, что, собственно, девочку даже порадовало. Жить она хотела только со своим папой, а коль он умер, то лучше в детдоме, чем с чужими людьми…
Рассказывая обо всем этом Ирке, Миледи не выказывала практически никаких эмоций. Бесстрастно поведала о смерти матери, о делишках отца, о своем детдомовском детстве. Без дрожи в голосе описывала, как ее избивали шесть одноклассниц за то, что Милочка нравилась мальчикам больше, чем они, как ее насиловали трое старшеклассников, как учительница физкультуры на сутки запирала в подвале, кишащем крысами. Так же спокойно говорила о своих преступлениях. Первое, за которое ее осудили, было разбойным нападением: на пару с другой детдомовкой они накинулись на одинокую прохожую в парке и сорвали с нее шапку. Но стоило ей дойти в повествовании до того момента, как она встретила Егора Солдатова, ее лицо изменилось. На нем отразилось так много чувств, что Ирка немного испугалась – на миг ей показалось, что ожил манекен…
Егор Солдатов был мелким воришкой. Трусоватым, глуповатым, невезучим, но… необыкновенно красивым. Мила заприметила его в троллейбусе, когда он неуклюже пытался вытащить у какой-то тетки кошелек, и поразилась синеве его глаз. Мгновением позже, разглядев парня с головы до ног, Миледи вынуждена была констатировать, что природа не обошла своей милостью ни единой его черты. Егор был безупречно, завораживающе красив! А она так любила подобных мужчин. Понимала, что внешность – ерунда, но ничего не могла с собой поделать… Да и что поделаешь с дурной наследственностью?