В эти дни нам пришлось расстаться с моим заместителем по политчасти полковником Вавиловым. Михаил Михайлович получил новое назначение на должность заместителя командира по политчасти 123-го стрелкового корпуса. Признаться, расставание для нас было горьким. Мы сработались с Вавиловым отлично, понимали и уважали друг друга. Я ценил Михаила Михайловича как талантливого политработника, мужественного человека и прекрасного товарища. Знал, каким непререкаемым авторитетом и, если хотите, любовью пользуется он у личного состава, и поэтому понимал, как всем нам будет не хватать его.
Отъезд Михаила Михайловича совпал с получением приказа о начале наступательной операции. День этот памятен еще и потому, что это был тот редкий случай, когда, получив приказ командарма, я никак не мог определить роль нашей дивизии в предстоящих боевых действиях. Выполнение же приказа без полного и глубокого понимания всех нюансов своей задачи, как мне кажется, невозможно для командира любого уровня. Отсутствие такого понимания не позволяет видеть перспективы, делать прогнозы, связывает инициативу, особенно в случаях, когда в силу объективных причин приходится отступать от намеченного плана действий. Короче говоря, я счел необходимым связаться с генералом Жадовым, чтобы уточнить роль и место дивизии в ходе наступления армии.
Я позвонил командарму по телефону.
— Приезжай, — коротко ответил он. Я проездил почти всю ночь, но от генерала Жадова нужные разъяснения получил.
— Теперь все в порядке? — еще раз спросил командарм на прощание. Доволен?
— Доволен, товарищ командующий, — ответил я.
Я действительно был доволен полученными разъяснениями. Весь мой военный опыт показывал, что подлинно творческий подход к руководству боевыми действиями в ходе сражения возможен только при условии, что тебе известны цели операции и идеи вышестоящего командира. Это позволяет принимать решения, не только не идущие вразрез с общим планом действий, а и создающие некоторую цельность, единство этих действий, что, так сказать, делает возможным творчество всех командиров в одном ключе. Мне кажется, что в тех случаях, когда высшее начальство, полагая, будто дело нижестоящих командиров выполнять свою узкую, маленькую задачу, не считает нужным информировать их об общих целях, задачах, пожалуй, даже стиле предстоящей операции или боя, деятельность отдельных соединений, частей, подразделений, руководимых талантливыми и смелыми командирами, может выпадать из общего плана или иметь меньший коэффициент полезного действия.
Наша дивизия, до того, как я уже говорил, находившаяся в резерве командующего, вступала в боевые действия, обходя город Александрию справа. Она выходила в свою полосу через большое село Недогорки. Здесь мы попали под сильную бомбежку.