Браунли вздохнул, пропустив ответ Айана мимо ушей.
– Сколько денег тебе не хватает, чтобы достроить конюшни и дом?
Вопрос захватил Айана врасплох.
– Вдобавок к деньгам отца, которые я получу, когда женюсь?
Неужели граф говорил о таком стимуле? Айан нахмурился. Неужели Браунли хотел соблазнить его, чтобы он сделал Джулиану своей невестой, хотя он и так желал этого всем сердцем? Не может быть, чтобы старик не верил в его искренность, но, должно быть, это так.
Нетерпеливо махнув мясистой рукой, граф словно отмел его вопрос:
– Да, вдобавок к этому. Так сколько тебе нужно?
– Около десяти тысяч фунтов. – Черт, как противно, что его голос дрогнул. Но он хотел все вместе, все, и особенно сильно – Джулиану.
– Договорились, – сказал Браунли.
Айан почувствовал угрызения совести, но отогнал в сторону неприятные мысли. Вряд ли ему был необходим такой стимул, чтобы ухаживать за Джулианой, но граф сам предложил это. Он все равно из шкуры бы вылез, чтобы сделать Джулиану своей женой. Если он получит обещанное от лорда Браунли, то это только упрочит их материальное положение в будущем.
– Но ты получишь деньги в том случае, если убедишь Джулиану принять твое предложение до Рождества. И думаю, не стоит напоминать о том, что произойдет, если тебе это не удастся, не так ли?
Айан стиснул зубы. Граф мог ничего не говорить.
– Вижу, ты меня понимаешь. А теперь иди и начинай завоевывать сердце моей дочери, пока этот самодовольный слюнтяй Рэдфорд не опередил тебя.
Выпалив это, Браунли ушел. Айан вздохнул с облегчением и опустился на диван.
Боже правый, неужели старый граф потерял рассудок? Хотя они с Браунли всегда были добрыми приятелями, но сегодня ему были неприятны намеки соседа и его позиция по отношению к дочери.
И все же они хотели одного и того же, хотя и по разным соображениям. И он не мог позволить себе отказаться от предложенного Браунли «стимула». С его помощью у них с Джулианой почти сразу будет собственный большой дом.
То, что Джулиана придет в ярость от этого соглашения, было понятно без слов, но Айан намеревался сохранить это в тайне. Она только неправильно истолкует его мотивы.
В действительности все внутри его кричало: иди к Джулиане и любым способом убеди ее отклонить ухаживания Байрона. Но Айан не питал никаких иллюзий на этот счет: если бы он сделал так, то Джулиана начала бы еще больше привечать Байрона, просто чтобы досадить ему. Нет, это не выход.
Но кажется, он знает, как поступить.
Айан решительно направился к конюшне и приказал, чтобы оседлали его лошадь. Они с Байроном побеседуют, как мужчина с мужчиной.