– Нет. Ничего похожего. Мы с ней просто друзья. Видишь ли, ей пришлось немало пережить – в прошлом году она разом потеряла и мужа, и сына. Оба погибли в авиакатастрофе.
– Ужас какой! Слушай, пап, а девушка у тебя есть? – с ухмылкой полюбопытствовал Роберт.
Он чувствовал себя счастливым просто оттого, что он рядом с отцом. Рот у него разъезжался сам собой. Мэтт сделал ему сандвич и налил бокал вина, но Роберт был так возбужден, что у него кусок не лез в горло.
– Нет, девушки у меня нет, – расхохотался Мэтт. – Жены, впрочем, тоже. Ты же видишь, я превратился в настоящего анахорета.
– И ты по-прежнему рисуешь. – Роберт обвел глазами комнату, заметил свой портрет. Потом портрет Ванессы. И удивленно уставился на портрет Пип. – А это кто?
– Та самая девочка, что сейчас звонила.
– Страшно похожа на Несси, – пробормотал Роберт.
Придирчиво разглядывая картину, он вдруг отметил исходившее от портрета очарование. От него просто невозможно было оторвать глаз.
– Да, верно. Я написал его по ее просьбе, она хочет подарить его своей матери. У нее на следующей неделе день рождения.
– Здорово получилось. Слушай, а ты уверен, что не ухаживаешь за ее матушкой? – В том, как отец говорил об Офелии, было нечто такое, отчего Роберт вдруг насторожился.
– Абсолютно. Ну а как насчет тебя самого? Ты-то, часом, не женился? Нет? А девушка у тебя есть?
Рассмеявшись, Роберт рассказал отцу о своем последнем увлечении, об учебе в Стэнфорде, о друзьях и подружках, о том, как он жил последние годы. В конце концов, они ведь не виделись целых шесть лет. Мэтт с Робертом и сами не заметили, как проговорили до утра. Было около четырех, когда Роберт, уснув на полуслове, рухнул на постель Мэтта, а отец свернулся калачиком на диване. Вообще-то Роберт не собирался оставаться на ночь, но у него просто не хватило сил уехать.
А с утра, едва открыв глаза, они снова принялись говорить. Мэтт поджарил яичницу с беконом, а около десяти Роберт поднялся, сказав, что ему пора. Правда, он пообещал, что на следующей неделе приедет снова. Только не в выходные – на выходные у него уже есть планы. Мэтт сказал, что на неделе непременно сам приедет в Стэнфорд.
– Теперь ты от меня так просто не избавишься, – предупредил он. Губы его сами собой растянулись в улыбке. Мэтт давно уже не чувствовал себя таким счастливым. Роберт тоже сиял, не сводя глаз с отца.
– А я и не собираюсь, – фыркнул он. – Я ведь считал, что ты вообще о нас забыл. Но почему бы еще ты вдруг перестал писать? Разве что умер? Ничего другого мне просто в голову не приходило. Одно я знал совершенно точно – ты бы не смог просто так бросить нас с Ванессой. Значит, что-то произошло. Осталось только узнать, что именно. – Роберт решил не рассказывать, каких трудов ему стоило отыскать отца. Главное, что он это сделал, а все остальное не важно.