Отойдя от береговой линии ярдов на двадцать, Валентина снова свернула на запад, как хитрый зверь, пытающийся запутать охотников. Здесь морской лед выглядел более живым: он был мягче, с зеленоватым отливом и наростами, заставлявшими вспомнить о приливах и отливах. Расправив термопростыню, Валентина накинула ее на себя белой стороной наружу и закуталась в нее, пытаясь хоть немного согреться.
Она двигалась тихо, но в один из моментов едва не закричала, когда буквально нос к носу столкнулась с тюленем. Зверь перепугался не меньше, чем Валентина, и проворно прыгнул в заполненную ледяным крошевом полынью, оставив ее на льду хватать воздух ртом и с округлившимися от испуга глазами.
А потом со стороны берега послышались голоса. Преследователи достигли той точки, где ее след обрывался. Вот он, решающий момент. Время беготни закончилось.
Плотнее закутавшись в белую простыню, Валентина вжалась в нишу между двумя ледяными глыбами, крепко прижала ноги к груди и, обняв колени руками, приняла позу «пу-нинг-мю» из нинджицу,[24] что означает «прячась, словно камень». Она также натянула ворот свитера на лицо, закрыв рот и нос, чтобы ее не выдал пар от дыхания. После этого Валентина Метрейс стала всего лишь еще одной ледяной глыбой.
Лед хрустел и поскрипывал под ногами ее преследователей, их голоса доносились до слуха Валентины приглушенным бормотанием. К этому моменту торговцы оружием, должно быть, уже разгадали ее маневр и поняли, куда она подевалась. Кто-то из них сейчас уже наверняка взобрался на ледяную гряду и осматривает окрестности в сильный бинокль, пытаясь заметить цвет и движение. Если она не позволит им заметить ни того ни другого, то будет в безопасности. По крайней мере, на какое-то время.
Несколько раньше Рэнди Рассел заставила этих типов совершить промах. Они упустили ее. Второй такой ошибки они себе не позволят. Они станут размышлять, обмениваться мнениями. Но искать ее они будут именно на этом ледяном поле, как минимум до того момента, пока на них не обрушатся русские.
Валентина старалась дышать так, чтобы у нее даже не двигалась грудь. Самой себе она в этот момент напоминала затаившегося в засаде охотника на леопарда, вот только в отличие от него она ничего не видела и охота шла именно на нее. Хуже ощущения не придумаешь. Она отбросила прочь любые чувства, вся превратившись в слух, каждую секунду ожидая услышать рядом чье-то дыхание или хруст льда под чужой ногой. Ее рука лежала на предплечье, ее пальцы сжимали рукоятку метательного ножа.
Джон и остальные теперь, наверное, уже покинули свой наблюдательный пункт и направляются к научной станции, приготовив оружие к бою, чтобы не допустить ни секунды промедления, когда настанет время обрушить на станцию и вертолетную площадку прицельный огонь. Разделяй и властвуй. Отличная тактика, Джон!