У подъезда вышла небольшая заминка. Неожиданным препятствием стал кодовый замок. Пока Елена размышляла, что ей предпринять, дверь резко распахнулась, во двор вихрем вылетел шустрый мальчуган.
Девушка поднялась на девятый этаж и три раза подряд нажала кнопку звонка.
Вскоре за дверью послышалась возня. Мужской голос спросил:
– Кузя, это ты?
– Я, – сказала Малышева.
– Ты одна? – продолжал спрашивать помощник лысого сутенера.
– Одна, открывай. – Лена действительно была одна.
Замок щелкнул, и Лена оказалась нос к носу с уже знакомым ей пареньком. Крепыш в недоумении уставился на Малышеву.
– А где Ку-зя? – растерянно протянул он и, неожиданно посуровев, рявкнул: – Тебе чего надо?!
Чтобы избежать долгих разговоров и ненужных объяснений, Лена быстро извлекла из сумочки предмет, отбивающий желание задавать лишние вопросы. Глушак «стечкина» уперся в живот молодому человеку.
Глаза того сразу округлились от страха. Лицо парня сделалось похожим на морду кота, залезшего, спасаясь от здоровой собаки, на дерево.
Он открыл рот, видимо, желая что-то спросить, но снова беззвучно закрыл его.
Лена легонько подтолкнула его стволом, и парень непроизвольно отступил назад, освобождая дверной проем.
Не спуская с него глаз, Малышева ногой толкнула дверь – та захлопнулась.
– В сортир, – негромко скомандовала девушка, и крепыш послушно поплелся в указанное заведение.
– Высунешься – пристрелю, – пригрозила Лена, закрывая дверцу на щеколду.
– Бутса! Кто там? Кузя вернулась? – послышался голос лысого сутенера.
Когда он увидел Малышеву с направленным в его сторону пистолетом в руке, мужик испугался не меньше своего подручного.
– Т-ты что? – Заикаясь от страха, он попятился.
Лена не спеша двигалась к нему. Лысый пятился до тех пор, пока не шлепнулся задом на диван.
– Ты знаешь, зачем я пришла?
– У-у, н-н-не. – Сутенер затряс головой. Выпученные глаза, не отрываясь, смотрели на пистолет в руке девушки.
– Я убью тебя, – спокойно объявила Лена, поднося пистолет к голове жертвы. Это окончательно добило Лысого.
– А-а-у! – Застонав, тот начал сползать с дивана.
Лена поняла, что слегка переборщила.
– Ну ты, выблядок! Прочухайся! – она пару раз несильно хлопнула его по щекам. – Может быть, я передумаю.
Непонятно, что больше привело в чувство трясущегося от страха мужика – пощечины или последние слова девушки. Только он неожиданно часто-часто закивал головой.
– Я… Я все!.. Что… Что скажешь! – несвязно забормотал он, не сводя с Елены умоляющего взгляда.
– Рассказывай, кто и за что хотел меня убить! – Девушка устроилась в кресле напротив. Ствол по-прежнему был направлен в сторону Лысого.