Дру уставился ей в затылок.
— Значит, ты думаешь, что люди женятся только для этого? — спросил он.
— В моем кругу это так, — ответила Тори, беря в руки поводья, чтобы попробовать сделать то, чему ее учил Дру.
— Ну, в моем-то кругу все совсем иначе, — насмешливо фыркнул Дру. — Уж если я женюсь, то собираюсь получать удовольствие дома, а не где-то на стороне, как это планирует делать твой жених.
Тори взмахнула ресницами и повернула голову, уставившись на Дру.
— Все время? — спросила она озадаченно.
— Черт побери, конечно! — Ну надо же, у этой девушки совершенно дикий взгляд на брачные узы. Десять к одному, она понятия не имеет о любви! Она не знает ничего о том, что на самом деле имеет значение в жизни. Спасибо Гвен, эту женщину надлежит выпороть за то, что она испортила свою дочь!
Тори на мгновение задумалась.
— А что происходит, когда мужчина и женщина спят вместе? — спросила она и тут же испугалась своего вопроса. Дру тоже был озадачен. Тори ни разу еще в жизни не обсуждала столь деликатную тему. Почему она избрала в учителя именно этого грубияна бродягу, объяснить было трудно. Возможно, потому, что Дру сумел ее убедить, что вовсе не мечтает затащить ее в постель. Зная это наверняка, она ощутила облегчение.
Дру вытаращил глаза. Он вовсе не собирался преподавать Тори уроки о пестиках и тычинках, он собирался учить ее только тому, как выжить в дикой местности.
— Вы понимаете, что я имею в виду, — вспыхнула Тори, продолжая разговор о таинственном вопросе:
— Это доставляет больше удовлетворения.., чем просто делать детей?
Дру резко выдохнул. Да, нелегкое путешествие предстоит ему в компании этой малышки.
— Ну, если уж тебя никто никогда не целовал, то…
— Дважды, — заявила Тори, гордясь собой. Она повернулась в седле, чтобы поглядеть на Дру, — тот демонстрировал молчаливое изумление:
— Но, должна признаться, в этом не было большого удовольствия. Если при этом полагается чувствовать что-то особенное, то ничего подобного не было и в помине. Но что-то ведь должно было произойти?
Дру с опозданием на полсекунды осознал, что ему не стоило заглядывать в блестящие фиалковые глаза или смотреть на ангельские губы. В этом состояла его огромная ошибка. Глядя на эту наивную девочку, он начинал терять контроль над собой; его истинное желание, вероятно, испугало бы ее. Разум говорил ему — держись подальше. Дру знал, что не имеет права даже мечтать об этом невинной девушке. Но, Бог мой, ей еще предстояло так многому научиться, и ему очень захотелось стать ее учителем.
— Ну, если уж ты, Чикаго, никогда ничего не ощущала, то, значит, тебя просто никто по-настоящему не целовал…