– На маленькую девочку я похожа меньше всего! И все это для меня не игрушки. Я взрослая женщина, Луи!
Он пробежал взглядом по покрывалу, которое обрисовывало ее фигуру.
– Не стоит лишний раз напоминать мне об этом. – С каждой секундой он возбуждался все больше и больше. Пора было положить конец затянувшейся сцене. – Жаль, что твои надежды оказались напрасными. Но я не могу ничем помочь тебе.
– Почему? Не вижу причины, отчего… – Мариана вздохнула, а потом наконец взглянула ему в лицо. – К черту! Я не желаю больше лгать тебе даже ради твоего блага. И я совершенно точно знаю, что забеременела.
Луи насторожился.
– Тогда зачем ты пришла сюда?
– Потому что не могла иначе, – просто ответила Мариана. – Ты недооцениваешь себя, Луи. Я уверена, что ты способен дать очень много любимой женщине. Тебе нужны жена и дети! Зачем содержать расчетливых, холодных проституток, которые ждут от тебя только денег?!
– И ты собираешься уберечь меня от них? Мариана серьезно кивнула.
– А ты разве сам не хочешь этого? Ты был еще юношей, когда Шулер угадал твою главную проблему. Но ты вырос и научился управлять…
– Да, я научился управляться с этим, черт возьми! Мне совсем не плохо живется, и я не нуждаюсь…
– Нет, ты не знаешь. И никогда не узнаешь, пока не попробуешь. – Лицо ее осветилось надеждой. – Попробуй, Луи!
Покрывало соскользнуло, так что соски ее грудей почти обнажились, и он не мог отвести глаз от изысканной формы округлостей. Губы Луи мгновенно пересохли, сердце забилось, как барабан.
– Ты сама не понимаешь, чего требуешь!
– Понимаю. И все тщательно обдумала. Тебе необходимо освободиться от своего комплекса, от этого… наваждения. Ты сказал, что я тебе нравлюсь не только в сексуальном смысле, что я вызываю у тебя уважение. Ты даже начал опекать меня! Соглашайся, лучшего подопытного кролика не сыскать.
Луи недоверчиво рассмеялся.
– Господи, ты совершенно невозможна! Разве ты сама не понимаешь, чем это тебе грозит: ведь я могу… я могу причинить тебе боль!
– Не верю! И мне хочется убедиться, что я права.
– Зачем тебе это?
– Какая разница?
– Огромная.
Карие глаза Марианы блеснули при свете лампы, горевшей на ночном столике.
– Настало время заплатить тебе за все, что я забрала у тебя, – прошептала она.
Иного ответа Луи не ждал, но все равно боль, похожая на удар кинжалом, прошла сквозь него.
– И ты решила соблазнить меня, чтобы освободить от «проклятия»? После чего, радостная и довольная, вернешься в свой Седикан: так ты собираешься поступить?
– Мне хочется, чтобы ты был счастлив. Ты заслужил это!
– Но не с тобой.