– Что вы припоминаете о том мужчине, с которым были, Чарли?
– Я видела его раньше.
– Вы не могли бы сказать когда?
– Я рассказывала вам, что однажды уже подвергалась ретрогипнозу, еще до того, как пришла к вам. Я думаю, что это тот же человек.
– Вы можете описать его?
– Приятная внешность. Крепкий. С короткими каштановыми волосами. Коренастый, жилистый. Чуточку похож… Я полагаю, он похож на актера Брюса Уиллиса, только погрубее. Привлекательный.
Джиббон вытащил большой носовой платок в горошек и принялся протирать очки.
– Это был фермер?
– Да. – Ее голос затихал. – Я не уверена, но я так думаю.
– Вы жили с ним?
– Да.
– На вас было обручальное кольцо?
– Не знаю. У меня был медальон, тот самый медальон, который я нашла в консервной банке, ну, в той, что откопала. В той банке, которую я откапывала прошлый раз…
Он внимательно изучал ее.
– И вы были беременны?
Она кивнула.
– А что-нибудь еще можете вспомнить о себе? Про одежду, которая была на вас?
Чарли подумала.
– Какое-то платье. Вроде бы муслиновое.
Неторопливо водрузив очки обратно, он начал устанавливать их поудобнее, приспосабливая сначала одну сторону, а потом другую.
– А вы знаете, какое это было время? Какой век?
– Кажется, не особенно давно.
– Но насколько давно?
– Такое ощущение, что совсем недавно.
– Все прошлые жизни кажутся близкими, Чарли.
Гипнотизер медленно и равномерно дышал, из-за одышки звук был такой, словно он спит.
– Точно, это было недавно, – сказала она с пробуждающейся надеждой. – Та женщина сидела на лошади по-мужски.[9] На ней были бриджи. Так что я могла сходить к Желанным камням много лет назад и увидеть, как кто-то закапывает медальон, а потом забыть. Не правда ли, есть что-то загадочное в том, когда вы забываете, что делали или читали в детстве?
– Криптомнезия, – сказал он, и его глаза потускнели, словно ему приходилось демонстрировать все ту же старую защиту против все того же уже замшелого довода. – Какие еще доказательства вам требуются?
Его голос звучал раздраженно.
– Я не знаю, – сказала она опустошенно.
– Вы напуганы?
– Немного.
– Чем же?
– Точно не знаю.
Он улыбнулся самодовольной улыбкой учителя, убежденного, что он знает все лучше всех.
– Вы напуганы той мыслью, что жили раньше?
– Я всегда скептически относилась ко всему сверхъестественному. Я по-прежнему не верю, что…
Его самодовольная улыбка сбивала с толку и раздражала.
– Не верите или не хотите поверить?
Она промолчала.
– Люди, приходящие ко мне, часто испытывали травмы, которых они не понимают. Эти травмы вызваны неприятными событиями в их предыдущих воплощениях. Стоит людям понять причину травмы, как она исчезает. – Его заунывным голосом можно было бы с таким же успехом декламировать инструкции к стиральной машине. – Вы хотите иметь детей, но не можете забеременеть. И вот теперь мы обнаруживаем, что в предыдущей вашей жизни вы были беременны и что-то вас травмировало… нечто, пугающее вас так сильно, что вы не можете посмотреть ему в лицо, и мне приходится вытаскивать вас оттуда. Возможно, именно память об этой травме и мешает вам забеременеть.