Для меня это был полный сюрприз.
– Михаил Натанович? А мне сказали, что вы...
– Со мной все в порядке, и я хочу узнать, как идут дела, – не дав мне договорить, перебил он.
Это было грубовато, и я разозлилась. «Собираешься давить на меня? – раздраженно подумала я. – А я, между прочим, и сама умею давить».
– Не так быстро, как хотелось бы, – перешла я в наступление. – Мне не хватает информации, хотя, если не ошибаюсь, мне было обещано содействие. Согласитесь, я не могу делать правильные выводы, если не знаю всего. Из-за какой-то непонятной и, на мой взгляд, совершенно неоправданной засекреченности я даже не могу лично побеседовать со своим заказчиком. А ведь скорейшее раскрытие дела в интересах Ольги Сергеевны. Или я ошибаюсь?
Моя суровая тирада собеседника не смутила.
– Вы хотите встретиться с Ольгой? – после небольшого молчания спросил он.
– Да, я считаю, это необходимо.
– Но вы должны учитывать ее состояние. И потом, что она может сказать вам такого, чего не смогу сказать я?
– Ее состояние я обязательно буду учитывать. А что касается второго пункта, согласитесь, что между мужем и женой могут существовать такие... нюансы, о которых не говорят даже самым близким людям. Я могла бы, как женщина с женщиной, провести с ней доверительную беседу. Возможно, она смогла бы припомнить какие-то мелочи, даже на первый взгляд незначительные, которые тем не менее прольют свет на дело.
– Ну что ж... – задумчиво, как бы все еще сомневаясь, тянул Рабинович, – попробую договориться с ней... о вашей встрече. Может быть, даже на завтра.
– Нет-нет. Завтра у меня день распланирован. Завтра я не смогу.
– Правда? Чем же это вы будете заняты? Не от вас ли я только что слышал, что расследование замедляется из-за того, что у вас нет достаточно информации, а как только появляется возможность эту информацию получить, вы отказываетесь, ссылаясь на какие-то дела.
– Это не «какие-то» дела, а следственные действия, направленные на раскрытие интересующего вас убийства. Поэтому ваш тон в данном случае вряд ли уместен.
– Ладно, ладно, не сердитесь, – похоже, Рабинович сегодня был настроен миролюбиво. Может, это визит к девочкам так благотворно подействовал на него. – Я сейчас позвоню Ольге, посмотрим, что она скажет. Значит, на завтра вас не устраивает?
– Да, мне было бы удобнее встретиться послезавтра, желательно с утра, часов в десять.
– Хорошо, я попробую договориться.
Рабинович положил трубку, и я стала ждать, когда он перезвонит. Честно говоря, я не думала, что так легко смогу добиться свидания с Ольгой. Но, может быть, это фактор внезапности так подействовал? Просто у Рабиновича не было времени придумать предлог, почему эта встреча не может состояться, и вот теперь есть все шансы, что она состоится.