«FUZZ»: Перед съемками пересматривали «Великолепную семерку», «Семь самураев»?
Константин: Да. Не то, чтобы всей толпой – были я, Рикошет… Но это не специально происходило – просто ставили и смотрели. То есть никакого перенимания опыта не было… Рикошет вообще любит все эти героические прибамбасы, разговоры о самураях. Тогда эти разговоры тоже постоянно происходили и, естественно, цеплялись за фильмы.
«FUZZ»: Когда начали снимать?
Константин: В Киргизию мы отправились ранней осенью, в сентябре, и, по плану, должны были снимать до Нового года. Иссык-Куль осенью – бархатный сезон. Никто не ожидал, что натурные съемки растянутся на полгода. Заканчивали снимать зимой – было уже не так тепло, естественно. Настроение у всех упало. Грянул кризис, карточки пошли, гиперинфляция. С деньгами бардак начался. Теперь это уже не тайна: фильм снимался на деньги брата Рашида – Мурата. Деньги он брал из собственного бизнеса, по мере поступления. Соответственно, в какой-то момент их перестало хватать. А осветителей, декораторов это мало волновало. На уговоры подождать они не реагировали. Кто-то стал волынить. Началось легкое пьянство на площадке. Они вообще работали очень медленно – один кадр ставили полдня – а тут процесс вообще практически остановился.
«FUZZ»: Оператором был брат Рашида?
Константин: Да, он.
«FUZZ»: Какие-то привычки, присущие Рашиду, можешь припомнить?
Константин: Была притча во языцех, что Рашид очень любит на диване полежать. Жена его брата рассказывала такую историю: они как-то всей семьей собирались к друзьям на день рождения. А Рашид лежал на диване. И вот, когда они уже собрались, оказалось, что Рашид идти явно не готов. Они стали его торопить. И тут он выдал: а может быть, они сами к нам придут?.. На съемках дивана не было, он все время лежал или сидел на кровати. Активный образ жизни не вел, по утрам трусцой не бегал и на мотоцикле не катался. Ну, такой человек – любит посидеть, поговорить. Одевался в черную джинсовую пару, волосы длинные…
Ирония и пафос
«FUZZ»: Рашид говорил, что они с Цоем хотели как следует поиронизировать…
Константин: Не знаю… По прошествии времени ему, конечно, виднее. Если так, нужно было эту тему героизма довести до определенного абсурда. Но до этого явно не дотянули. Была еще одна идея. Мы предлагали Рашиду озвучить фильм на казахском языке, а русский перевод дать нарочито гнусавым голосом, какой тогда был на пиратских кассетах. А пришла к нам эта идея, кстати, после того, как мы посмотрели фильм «Взломщик» с Кинчевым, переведенный на казахский язык. Как-то делать в Алма-Ате было нечего, и мы включили телевизор. Для нас это был шок. Там есть сцена, где Кинчев своему брату песню поет. И вот он в какой-то момент откладывает гитару и начинает по-казахски загибать! Мы со стульев попадали…