– Значит, ты меня любишь? И когда же ты меня полюбил? Когда прилетел в Тибидохс и бросил к моим ногам ту черную розу? – спросила Таня, не выдерживая искушения узнать.
Бейбарсов покачал головой.
– Нет, не тогда. Гораздо раньше. Я люблю тебя почти три года. А еще точнее – тысячу семь дней. С такой же легкостью я могу перевести эти дни в часы или в секунды! – сказал он, даже не задумываясь.
– Странная у тебя арифметика. Тогда тебя не было еще в Тибидохсе, – сказала Таня.
– Иногда, чтобы любить, не следует быть близко. Иногда лучше быть далеко, – таинственно ответил Бейбарсов.
– Но ты не видел меня!
– Ты уверена? Если ты не видела меня, это еще не означает, что я не видел тебя, – усмехнулся Бейбарсов.
Таня уловила в его словах странную уверенность. Нет, это был не блеф. За словами Глеба определенно что-то стояло.
Почувствовав, что у Тани закружилась голова и момент наступил выгодный, Глеб шагнул к ней и протянул бокал с кровью вепря.
– Пей, и мы будем вместе всегда! Кровь вепря скрепит то, что должна!.. – приказал он.
Не задумываясь, слушая лишь биение своего сердца, Таня послушно поднесла бокал к губам и… внезапно вскрикнула. Перстень Феофила Гроттера отрезвляюще обжег ей палец. Таня разжала руку. Кровь вепря забрызгала Тане ноги.
– Asinus gloriosus! Asinus manebis in saecula saeculorum! [6] – с досадой проворчал Феофил Гроттер. Деду определенно не нравилось, как нагло и уверенно этот некромаг охотился за его внучкой.
– И конечно, звезду Тани Гроттер может увидеть только Глеб Бейбарсов! Остальные слишком близоруки, не так ли? – поинтересовалась Таня.
Бейбарсов посмотрел на осколки бокала и поднял глаза на Таню. При лунном свете его глаза казались бархатными и обволакивающими, как у кота. В каждом зрачке плескалась красная тревожащая искра.
– Мне неинтересны остальные. Есть лишь ты и я! Весь остальной мир только мешает и разлучает нас. И поэтому с этой самой минуты остального мира не существует! Я запрещаю ему вторгаться в наши дела! – сказал он.
Бейбарсов вскинул голову к звездам и поднял руку ладонью вверх.
– Сила пустоты! Сила мрака! Сила смерти, повинуйтесь мне! Никто не уйдет с крыши! – крикнул он и резко сжал ладонь.
Тяжелый люк, ведущий на крышу, захлопнулся. Поперек люка легли приваренные железные полосы.
– Теперь нам не будут мешать, – удовлетворенно сказал Глеб.
Таня попятилась.
– Зачем ты это сделал? – с тревогой спросила она.
Теперь она уже почти боялась Бейбарсова. Призывая силы мрака, этот юноша-некромаг играл в опасные игры.
– Не бойся! Я не сделаю тебе ничего плохого. Одна твоя слеза дороже всей моей жизни. Я выпью кровь вепря один! – улыбаясь, произнес Бейбарсов.