— Волшебником? — переспросил он. — ты хочешь стать волшебником?
— Да, — кивнула Эск, пихая полубесчувственного Саймона в неохотно подставленные руки Тритла. — Я восьмой сын восьмого сына. В смысле дочь.
Окружающие волшебники обменивались взглядами и перешептывались. Эск попыталась не обращать на них внимания.
— Что она сказала?
— Она серьезно?
— Я всегда считал, что дети в ее возрасте просто очаровательны, вы согласны?
— Ты — восьмой сын восьмой дочери? — уточнил Напролоум. — В самом деле?
— Все наоборот, только не совсем, — с вызовом отозвалась Эск.
Напролоум промокнул глаза носовым платком.
— Прямо-таки завораживающе. По-моему, я никогда не слышал ничего подобного. А?
Он оглянулся на быстро растущую аудиторию. Те, кто стоял сзади, не могли разглядеть Эск и вытягивали шеи, думая, что здесь вершится какое-то забавное волшебство. Напролоум пребывал в растерянности.
— Ну что ж, — буркнул он. — Ты действительно хочешь стать волшебником?
— Я неустанно повторяю это всем и каждому, но никто, похоже, не слушает, — возмутилась Эск.
— Тебе сколько лет, девочка?
— Почти девять.
— И, когда вырастешь, ты хочешь стать волшебником?
— Я хочу стать волшебником сейчас, — твердо сказала Эск. — Ведь это, если я не ошибаюсь, здесь делается?
Напролоум посмотрел на Тритла и подмигнул ему.
— Я все вижу, — предупредила Эск.
— Дело в том, что раньше женщин-волшебников никогда не было, — попытался объясниться Напролоум. — Поэтому мне кажется, что твои требования идут вразрез с существующими обычаями. А может, ты станешь ведьмой? По-моему, прекрасная карьера для девочки.
Один из стоящих у него за спиной второстепенных волшебников расхохотался. Эск смерила весельчака презрительным взглядом.
— Быть ведьмой неплохо, — признала она. — Но я считаю, что волшебникам живется куда веселей. А вы как думаете?
— Я думаю, что ты единственная в своем роде, — признался Напролоум.
— Что это значит?
— Это значит, что ты всего одна такая на всем Плоском мире, — объяснил Тритл.
— Вот именно, — подтвердила Эск, — и я по-прежнему желаю стать волшебником. У Напролоума иссяк словарный запас.
— Ну, в общем, ты не можешь, — промямлил он. — Одна мысль об этом!..
Он выпрямился во всю свою ширину и повернулся, намереваясь уйти. Что-то потянуло его за полу мантии.
— Почему не могу? — спросил чей-то голос.
Он обернулся и медленно, с расстановкой проговорил:
— Потому что.., потому что.., твоя затея просто смехотворна, вот почему. И она полностью противоречит законам!
— Но я могу творить чары не хуже волшебников! — В голосе Эск прозвучал едва уловимый намек на дрожь.