– Где моя сестра? – поинтересовалась Жизель.
– Она была в твоей комнате, – сказала ей Саманта, – убирала твои вещи.
Жизель заглянула в комнату и фыркнула.
– А кто ее просил? В любом случае, ее уже здесь нет. Саманта подошла к ней и тоже заглянула в комнату.
– Наверное, Руби ушла, пока я была в ванной.
– Замечательно. Я хочу, чтобы она узнала, что заставляла меня делать эта ужасная миссис Уэйзенберг, пока я не добилась правильного ответа.
– Поискать ее? – спросила Саманта.
– Нет. Я расскажу ей позже. Мне необходимо немного отдохнуть, – объявила Жизель и вкатила свое кресло в комнату, закрыв за собой дверь. Она посидела минуту, глядя на кровать. Потом потянулась назад и заперла дверь. Я затаила дыхание. Как только дверь была закрыта, Жизель встала без малейшего усилия, у нее даже не дрожали ноги.
И я поняла, что моя сестра может ходить!
Я медленно открыла дверь шкафа, без особенного шума, но она почувствовала мое присутствие и обернулась. Ее глаза раскрылись от изумления, но я уверена, что не настолько широко, как мои.
– Что ты делаешь? – задохнулась Жизель. – Шпионишь за мной?
– Ты можешь стоять и можешь ходить. Mon Dieu,[11] Жизель!
Сестра села обратно в инвалидное кресло.
– Ну и что? – спросила она через какое-то время. – Я пока не хочу, чтобы кто-то об этом знал.
– Но почему? Как давно ты можешь стоять и ходить?
– Некоторое время, – призналась Жизель.
– Но почему ты держала это в секрете?
– К инвалиду лучше относятся, – призналась она.
– Жизель… Как ты могла так поступить? Все эти люди, почти твои рабы… Ты могла ходить еще до папиной смерти? Могла? – потребовала я ответа. Сестра промолчала, но ей и не требовалось отвечать. Я знала, что она могла. – Какой ужас! Ты могла бы помочь ему почувствовать себя намного лучше.
– Я собиралась сказать ему, как только нам позволят вернуться домой и уехать из этого ужасного места, но, пока остаюсь здесь, я не собираюсь никому признаваться, – объявила Жизель.
– Как это случилось? Я хочу сказать, когда ты поняла, что можешь встать?
– Я всегда пыталась это сделать, и однажды у меня получилось.
Я села к ней на кровать, мысли мои были в смятении.
– Ой, только не надо устраивать из этого событие, – приказала сестра, встала и подошла к шкафу. Видеть, как легко она ходит, было странно. Словно мне снится сон. Жизель, снова в полный рост и на своих ногах, предстала передо мной изменившейся. Как будто сестра стала выше и сильнее, чем когда она была прикована к своей коляске. Я несколько мгновений смотрела, как Жизель причесывается, и выплеснула на нее мои предположения.