Это и правда походило на экскурсию в ритме рокабилли, по ходу которой мы были вынуждены лишать жизни выставленные экспонаты. Я имею в виду, наблюдай за нами кто-то из кинозала. А в реальности – в реальности было страшно. Вообще-то страх – одна из составляющих нашей работы, но если кто-то скажет, что к страху можно привыкнуть, выбейте этому идиоту зубы.
Я не смог бы привести список умерщвленных нами тварей. Многих я не запомнил, кое-кого увидел впервые. Но даже если бы я сподобился составить этот чертов список, он состоял бы из тех, кто надеялся умертвить нас. Понимаете? Они все хотели, чтобы мы сдохли. А мы подыхать не собирались.
К страху привыкнуть нельзя.
Так что выбивайте зубы смело. Глупость обходится дороже услуг дантиста.
Когда в сумрачный полдень мы дошли до пригорода Нхаба-Уо, ни у меня, ни у Буги не осталось зарядов, а Сабж еле переставлял ноги. Хрипло выплевывая слова, то и дело сбиваясь на сухой кашель, роняя зеленоватую слюну из уголков рта, он довел нас до свободного здания, которое не облюбовали для своих нужд новые обитатели города. Подхватив Проводника под мышки, мы заскочили внутрь, завалили дверь всем, что попалось под руку, и совершенно обессиленные рухнули на пол. Больше всего хотелось закрыть глаза и провалиться в ничто, но мы не могли себе этого позволить. В любую минуту могла появиться тварь, которой начхать было и на стены, и на завалы у двери.
– Мне нужен час,– прохрипел Сабж.
– О’кей, – кивнула Буги. – Макс, нужно чем-то набить дробовики.
Я принялся собирать по полу осколки камня, стекла, дерева, – все, чем можно было зарядить оружие. Рядом, тихо матерясь, ползала Буги.
Брайан Сетзер повесил глухой сустейн и дал ему уйти в тишину. Кстати, надо проверить, вложил ли Полковник в посылку записи «The Stray Сats». В противном случае история человечества будет выглядеть ущербной.
Я дробил большие куски стекла на мелкие осколки, Буги набивала ими пустые обоймы. Остальной мусор, более или менее пригодный для дробовиков, мы уже собрали, но этого все равно было мало. За окном Эпицентр многоголосо решал свои бытовые проблемы, которые, как и всегда в природе (быть может, лишь чуть более нарочито) сводились к вопросу: кого сожрать так, чтоб при этом не сожрали тебя. Пару раз на дверь снаружи что-то наваливалось, мы слышали громкое сопение и замирали. Но реальных попыток взломать это довольно хлипкое препятствие никто не предпринял.
Сабж спал как убитый, изредка всхрапывая и что-то бормоча. Иногда он вдруг начинал сильно дрожать, и тогда на его губах пузырилась зеленая слюна. Мы не знали, нормально это или нет, но не решались будить Проводника. По крайней мере, пока не пройдет определенный им самим час.