Я подняла взгляд на экран и увидела фото элегантной женщины, совсем недавно еще рыдавшей в туалете салона красоты.
– Тая! – крикнула я.
– Чего? – выглянула из ванной ее физиономия с размазанной по щекам косметикой, подруга ожесточенно стирала краску.
– Только что в «Криминале» передали о смерти одной женщины, я видела ее в туалете салона красоты, она плакала. Оказывается, ее зовут Наталья Стеценко, она владелица сети этих «Ранетов», и сегодня ночью она ушла из жизни.
– Я сейчас, а то тушь глаза ест.
Подруга скрылась в ванной, а я, закончив сервировку стола, сгребла пустые обертки в пластмассовое мусорное ведро. После избавилась от одежды, переоблачившись в легкомысленный халатик. Надо бы посмотреть, сколько у нас осталось денег, и прикупить пару удобной обуви и может быть какие-нибудь джинсики…
Вернулась Тая с банкой крема в руках.
– Ты думаешь, эта Стеценко тоже из агентства?
– Сомневаюсь, она уже вышла из возраста модели, на вид ей лет тридцать пять, хотя, имея сеть салонов красоты, она могла просто выглядеть на этот возраст, а быть гораздо старше.
– Ну, у них, наверняка, есть барышни на разный вкус и аппетит, – намазюкав личико кремом, Тая поставила баночку на стол.
– В новостях сказали, что она владелица салонов, а не супруга владельца. Если агентство обрабатывает богатых женихов, то почему бы им ни проделывать тоже самое с богатыми невестами?
– Вполне возможно, – кивнула Тая, уминая колбасное изделие Черкизовского мясоперерабатывающего комбината. – Ты послушай, записалась ли Аллочка на диктофон.
– Да, кстати, хорошо, что напомнила.
Перемотав пленку, я нажала на пуск. Голос Аллы Геннадиевны зазвучал так чисто и громко, будто она сидела с нами в гостиничном номере, вот что значит техника отличная. По окончании записи, я ткнула на запись и сообщила, кому принадлежит голос на пленке. Жаль, фамилия Аллы Г. была нам не известна. Итак, у нас уже подобрался очень приличный аудиоматериал, не мешало бы передать кассету на хранение Шведову от греха подальше. А «диск» кровавый пусть лежит себе тихонько за плинтусом, целее будет.
Шведов приехал через полтора часа, видать решил не откладывать до вечера такое важное дело.
– Значит так, – начал он прямо с порога, – собирайтесь, поедем сейчас на ВДНХ, сфотографируетесь на паспорт.
Мы в растерянности уставились на него.
– Девочки, нет времени! Вот ваши щипцы и бигуди, – он бросил на кровать яркий пакет.
– Я не поняла, – откашлялась Тая, – мы собираемся делать фальшивые паспорта?
– Да, завтра днем, я их уже заберу.
– Э-э-э-э…