– Да никак. Оно просто-напросто воздействует на ближайший камень. Если ты, почувствовав окаменение, прибегнешь к нему, то именно ты этим самым ближайшим камнем и окажешься, А пустить в ход мои белые заклятия можешь только ты, и никто другой. Это необходимая мера предосторожности.
И то сказать, я живо представил себе, как пролетающая мимо птица с громким клекотом кричит «Действуй!», и пускает в расход содержимое всей моей сумки. А что стоит волшебнику смастрячить такую птицу и напустить ее на меня? Пожалуй, такая предосторожность и вправду необходима. Видимо, братья-соперники продумали все детали.
– Выходит, – промолвил я, – мне надо держать под рукой эту суму с чарами и не хлопать ушами. В этом случае я смогу совладать с заклятиями Яна и выполнить задание. Ну что ж, думаю, осложнений не будет.
– Осложнения всегда возможны, – дипломатично заметил Инь. – Путь пролегает по Глухомани...
– Я варвар, и к Глухомани привычен.
– И кроме того, когда ты найдешь объект, – заметь, я не говорю «если» я говорю «когда», – тебе предстоит нелегкое возвращение. Тогда ты должен будешь удвоить осторожность, ибо трудности станут возрастать по экспоненте.
– Понятно, – с умным видом кивнул я, гадая, что же может означать мудреное словечко «экспонента». Надо думать, это принятый среди волшебников ученый термин, которому на нормальном человеческом языке соответствуют понятия «уйма», «прорва» или что-нибудь в этом роде. – Все понятно, скажи только, что за объект требуется найти, и я отправлюсь.
Инь слегка замялся:
– Э... видишь ли... боюсь, что как раз этого я тебе сказать не могу.
Король Громден решил, что некоторые вещи должны до поры до времени оставаться в секрете. Это сделает наше состязание более... э... увлекательным. Я рассказал тебе все о природе белых и черных заклятий, так что теперь ты предупрежден, а стало быть, имеешь определенное преимущество. Может, Ян расскажет тебе больше, но, – тут лицо моего собеседника помрачнело, – то, что он говорит, нельзя принимать на веру. Я – добрый волшебник, а он – злой. Мне по определению надлежит использовать магию во благо и всегда говорить правду. Он, напротив, использует магию во зло и... – Инь осекся и умолк.
– Ты хочешь сказать, что он всегда врет напропалую. В таком случае я буду считать правдой противоположное тому, что он скажет.
Инь смутился еще сильнее:
– Это не так просто, как кажется. Ложь совершенно не обязательно прямо противоположна истине. Например, ты хочешь соснуть и спрашиваешь лжеца, где ближайшие заросли подушечника. На востоке, отвечает тот, прекрасно зная, что подушечник растет только на юге. Решив действовать от противного, ты пойдешь на запад – и будешь обманут.