Встав, Дара оживилась. Она быстро умылась, оделась: впереди ее ждала самая приятная часть дня – утренняя верховая прогулка с Лаоклейном. Хотя в долине дули сильные ветры, они стали менее обжигающими. Зиме приходил конец. Поля были влажными, ветки на вершинах деревьев медленно просыпались под лучами солнца.
Дара уже знала многих крестьян по именам, потому что, как бы рано они ни выезжали на прогулку, крестьяне уже были на своих полях. Каждый день выполнялись пожелания Лаоклейна. На участках земли, предназначенных для посевов, камни были убраны полностью. Участки отгородили каменными заборами. Оставшаяся часть долины пойдет под травяные поля для стада, которого пока еще не было.
В это утро они пришпорили своих лошадей и, удаляясь от замка, пустили их в галоп. Дара смотрела на Лаоклейна, сильного и высокого. Она думала о том, что скоро на долгое время она будет вынуждена приостановить ежедневное удовольствие, которое она получала от этих прогулок. Ее подозрения медленно начинали подтверждаться. Она боялась реакции Лаоклейна. Почувствует ли он гордость и радость или припишет ребенка Руоду, и тогда будет еще один безымянный ребенок в этом роду?
Их безудержный галоп прогнал ее страхи, ветер разметал их так же, как он разметал ее волосы. Солнце полностью взошло и согревало их. Они остановились, чтобы поговорить с крестьянами на полях.
Мужчины с широкими мускулистыми спинами поднимали с земли огромные камни и плотно укладывали их друг на друга, а затем промазывали их известковым раствором. Эта работа выполнялась несколькими молодыми людьми и была им не в тягость. Высохшая на солнце известь делала забор таким же крепким, как горы.
Мужчина, который был к ним ближе всех, приостановил свою работу. Его одежда из домашней шерстяной пряжи была испачкана известью. В мозолистую руку, которую он поднял для приветствия, глубоко въелась грязь, спина была прямой. Его взгляд выражал уважение к Макамлейду, а не раболепие. Он вежливо поклонился Даре, потом заговорил с Лаоклейном:
– Скучную работу ты нам дал, Макамлейд.
– Да, зато камень, если его убрать, больше не растет. Один раз сделав это, вы сможете посеять здесь все, что захотите. – Он кивнул в сторону остальных мужчин. – Приближаетесь к концу?
– Да, и слава Богу. Сейчас это легко сделать, а когда начнутся дожди, мы мало что сможем сделать.
– Кто-нибудь недоволен?
– Нет. То, что ты предлагаешь, поможет нам всем. Нам станет легче, и мы получим больше доходов. Но даже если бы это было не так, ты – глава рода. Никто не сказал бы ни слова против тебя.