Хоук фыркнул и сжал руки, оберегая свою жену. «Как такое могло случиться, что простой кузнец обладает знаниями о бесценном лекарстве?»
«Ты теряешь время, задавая мне вопросы, пока леди лежит умирая».
«Так дай мне его, кузнец».
«О, нет. Не так просто…»
«Кто сейчас тратит время? Я хочу лекарство. Дай мне его и убирайся, если оно у тебя действительно есть».
«Услуга за услугу», ровно сказал Адам.
Хоук знал, что это случится. Мужчина хотел его жену. «Ты сукин сын. Чего ты хочешь?»
Адам проказливо оскалил зубы. «Твою жену. Я спасаю её. Я получаю её».
Хоук закрыл глаза. Надо было избавиться от этого ублюдка кузнеца, когда у него была возможность. И кстати, где цыгане, чёрт бы их побрал? Они к этому моменту должны были уже быть в Далкейте.
Кузнец мог вылечить его жену, так он говорил.
Цыгане могли ничего не знать.
И всё, чего хотел кузнец в обмен за спасение жизни его жены – его жену.
Каждая частичка его тела кричала, протестуя. Вверить эту женщину, отдать её тело, его сочную щедрость другому мужчине? Никогда. Хоук вынудил свои глаза открыться и посмотреть пристально на мужчину под именем Адам. Неужели ему придётся позволить этому надменному, красивому ублюдочному кузнецу возвысить своё тело над его жену и поглощать своими губами её стоны наслажденья? Губы кузнеца уже скривились в жестокой улыбке, словно он смаковал ту борьбу, которую вёл с собой Ястреб.
Хоук придал лицу выражение бесстрастного спокойствия. Никогда не показывать истинных чувств. Никогда не позволять им видеть, что ты думаешь, хоть это и причиняет тебе сильнейшую боль. Как хорошо он выучил этот урок у Короля Джеймса.
Всё же – хоть – что угодно для того, чтобы она могла жить. «Девушка – не награда, которой можно отплатить за услугу. Я отдам её тебе, если – и только если – она захочет тебя», сказал он, наконец. Если бы она умерла, он потерял бы её. Если бы выжила, ценой за её спасение было тоже потерять её. Но, может быть, и нет. Неспособный скрыть ярость, которая, он знал, вспыхнет в его глазах, он закрыл их снова.
«Идёт. Ты отдашь её мне, если она захочет меня. Запомни свои слова, Лорд Хоук».
Хоук вздрогнул.
Когда он снова открыл глаза, увидел, что Адам держит руку на лице его жены. Испарина бисеринками искрилась над её губами и на лбу. Ранка на шее растекалась зелёной паутинкой от почерневшего отверстия. «Ты можешь прикасаться к ней, кузнец, но не более, чем того требует лечение», предостерёг Ястреб.
«Сейчас. Когда она выздоровеет, я прикоснусь к ней везде, где она захочет».
«Она здесь ключевое слово».
Адам положил свою ладонь на щеку Эдриен, пристально изучая ранку на её шее. «Мне нужна горячая вода, компрессы, и дюжина прокипяченных льняных полотен».