Зона отчуждения (Ливадный) - страница 94

— Зачем вы мне это рассказываете? — вскинул голову Вадим.

— Я хочу, чтобы ты подумал, как мы можем ударить по ним, и возглавил атаку.

— Я?

— Ты, — глядя ему в глаза, подтвердил Шахоев. — Ты и Дорохов. Иных кандидатур у меня нет.

* * *
Космопорт Кьюига. Две недели спустя

Второй раз Вадим воспринимал реальность, окружившую его в предстартовые минуты, намного острее, чем в первый.

Его поразила тишина, царящая над стартопосадочными полями космопорта. Челноки уже вывели из ангаров, и буксировщики, заглушив двигатели, стояли в стороне от рулежных дорожек.

Тихо скрипел под ногами гравий, потом начался стеклобетон стартовых полей, и этот успокаивающий звук исчез, словно оборвалась незримая связь человека с землей

Теперь мысли устремлены ввысь, а внутри уже растет, холодеет предчувствие близкого, жестокого боя. Зрачки Вадима сузились, он отторгал в эти секунды весь остальной мир, желая лишь одного: удержать себя от лишних мыслей, ненужных чувств, собрать всю свою волю не для обреченной смерти, а для осмысленных, хладнокровных действий.

Это оказалось безумно трудным делом. Память цепко держала в себе образы той силы, с которой придется столкнуться горстке маленьких кораблей; прошлый бой вспоминался урывками, но полностью отрешиться, отключить разум от прожитых сцен никак не удавалось…

Он подошел к своей машине, взглянул на нее, как добрый хозяин смотрит на живое существо, машинально отметил, что броня его штурмовика на фоне других, еще не побывавших в бою челноков кажется серой, словно запыленная, покрытая шрамами шкура…

Внезапно вспомнились долгие жаркие споры с Димой Дороховым, их прения до полной хрипоты с полковников Шахоевым, настаивавшим на атаке крейсеров буквально на следующий день после первого вылета, в котором погибло девятнадцать машин, и Вадим невольно оглянулся, пытаясь отыскать глазами фигуру Димы, но тот уже, видно, поднялся в кабину своего штурмовика.

Шахоев опять оставался на земле, но они отстояли свою точку зрения, и теперь им нужно было действием доказать полковнику собственную правоту.

Со щитом или на щите…

В последний раз взглянув на далекий горизонт, у которого толклись предвещающие дождь кучевые облака, Вадим поднялся по приставному трапу и пролез в овальный люк.

Короткий коридор, и перед Нечаевым распахнулись двери кабины пилотов.

Здесь тускло светились приборные панели. Фигура Хьюго в кресле бортстрелка казалась облитой зеленоватым мерцанием, сзади зашипел пневматикой закрывающийся шлюз, и все… будто разом исчез мир родной планеты, и вся вселенная сосредоточилась теперь тут, в тесном помещении с двумя пилот-ложементами и множеством окружающих их приборных панелей…