- Ну, давайте, разувайтесь, присаживайтесь.
- Лучше б не разуваясь. А то мы уже третий день из башмаков не вылазим. Пахнуть будет лихо.
- Ничего и не такое нюхали, а порядок есть порядок. Нам тут спать сегодня на полу, так что от запаха - проветрим, а мыть - напряжно.
- Хозяин - барин.
У МЧС-ников при себе есть ложки-вилки. Стучать ложками они начинают дружно и часто. Очевидно, что парни тоже сторонники абсолютной бергинизации.
Видимо в кумпании не принято болтать за едой. Во всяком случае ни менту, ни МЧС-никам никаких вопросов не задают. Пока они трескают за обе щеки, мне удается с помощью Андрея понять, как работает мой экспериментальный автомат. Хитра машина.
Отлично понимаю, что на вооружение такое принять не могли - у любого военного рука отсохнет скорее, чем он подпишет принятие на вооружение такой экстравагантной штуковины. Куда там все этим авангардистам и креативщикам. Но отмечаю, что легкая машинка, лежит в руках уютно, очень прикладистая и компактная. По Андреевым бумагам получается, что ствол, как у АКМС, но при этом ТКБ короче на 11 сантиметров. Жалко токо, что рожок один всего.
С другой стороны - тридцать патронов - это шесть обойм к винтовке Мосина, три обоймы к СКС. Так что грех жаловаться. Если не паниковать - и тридцати патронов хватит.
МЧС-ники как-то сразу и одновременно заканчивают еду. Облизывают ложки, аккуратно прячут.
- Спасибо, хозяева, пора и честь знать. Мы сейчас в Кронштадт должны отвезти вашу докторшу. Договорились уже, нас ждать будут. Кто еще едет - мне сказали, что с докторшей еще двое.
- Это мы - я да Доктор - говорит Николаич.
- Ну, тогда пойдем, темнеть скоро будет.
- Да уже темнеет.
- Давайте Доктор, зовите Валентину Ивановну. Пора.
Спускаюсь вниз, стучусь. Открывают. Оказывается, Валентине с собой Дарья собрала мешок 'приданого'. Уже и всплакнуть успели. Валентина все же переоделась и выглядит в камуфляже забавно. Но по ее утверждению - легко, тепло и комфортно.
Все кучей провожают нас до Гауптвахты. Заходим втроем получить напутственные ЦУ от Овчинникова. Седовласый мэтр все еще сидит здесь, но выглядит нелепо, как новогодняя елка в мае. Зато какой-то парень в инвалидной коляске активно переговаривается по двум телефонам. Слушаю вполуха - по разговорам судя парня посадили для установки связи с теми, кто тоже удержал территорию. Проскакивает фраза про то, что Водоканал функционирует и потерь не понес практически… Безвкусная девчонка печатает довольно споро. Две тетки - в том числе та - полная считают что-то самозабвенно. Овчинников отрывается от разговора с какой-то женщиной восточной внешности, глядит на нас и вынимает прозрачный файлик, в который засунуто четыре десятка красных и зеленых военных билетов, еще какие-то удостоверения и сложенный вчетверо лист с синей печатью, пробившейся сквозь бумагу.