– Что я вижу? Мужчину, развалившегося в кресле.
– Забудьте о кресле. Скажите мне о мужчине. Она посмотрела на него.
– Он не носит согласно моде парик, а лишь длинные черные волосы до плеч и оставляет их не по моде ненапудренными.
– Неискренне, Элеонора. Для вас это не имеет значения.
– Искренне то, что его черные глаза похожи на глаза дьявола, поэтому… – Она запнулась, ее глаза заполнило смятение. – Святой Стефан, Святой Стефан, как я здесь оказалась? – Она подбежала к куче одежды, вытащила свой жакет и набросила его на себя.
– Почему вы не продолжаете? – спросил Ахилл. Элеонора покачала головой, но не ответила.
– Что вы увидели такого, о чем не хотите мне сказать?
– Зачем вы дразните меня своими играми? – прошептала она.
– Это больше не игра, так ведь, Элеонора? – Ахилл встал и подошел к ней сзади. Он погладил ее плечи, открывая для себя тепло ее кожи цвета слоновой кости. – Что вы видите, когда смотрите на меня в страсти, а? – Он потерся лицом о ее волосы. – Что? Ведь вы видите не мою страсть – хотя она несомненна, – вы видите свою…
– Не говорите так, – попросила она.
– Почему нет? Почему не сказать, что ваша собственная страсть так же велика, как и моя?
– Нет, нет, слова делают ее реальной. – Она протянула руку и коснулась его, тепло ее пальцев слилось с его теплом. – Я не хочу, чтобы она была реальной.
Он провел руками вдоль ее рук, потом обратно. Знала ли она, о чем говорят даже незаметные движения ее тела?
– Вы хотите, чтобы она была реальной, Элеонора, но вы боитесь, что этого не произойдет. Так ведь? В этом заключается ваш страх.
Он поцеловал ее в шею и почувствовал, как ее тело ответило ему дрожью.
– Нет, Ахилл. Мой страх – это вы.
Он обнял ее, прижавшись грудью к спине Элеоноры и обхватив ее грудь руками.
– Я не хочу, чтобы ты боялась. Я хочу быть твоим любимым.
Она покачала головой, ее волосы прошуршали по его коже дразнящей мягкостью и сказала:
– Нет. Я не могу. Я не могу.
Он поцеловал нежное место под ухом.
– Ахилл, нет.
Он поцеловал ее еще раз и медленно провел губами по шее, вверх и вниз, и тихо сказал:
– Скажи мне, что ты не хочешь меня. Тогда я остановлюсь.
Ахилл слегка провел подушечками пальцев по соблазнительным холмам ее груди. «Возьми ее!» – ревело его тело. Он почти дрожал, стараясь удержаться от желания наброситься на нее. Он жаждал ее всю и поэтому поклялся кровью своих предков, что получит от нее все – тело, разум, душу…
– Нет, снова нет, – прошептала Элеонора. – Ты вынуждаешь меня потерять себя. Ты вынуждаешь меня забыть себя. Как ты можешь поступать со мной так?