Вообще Кабан оказался неплохим мужиком. Он обладал поистине удивительным нюхом на женщин, распознавая их мысли и намерения издалека, даже не заговаривая с ними. Он моментом вычислял в зале ресторана «чужачку» или «одиночку», решившую заняться промыслом и отбивавшую клиентуру у его «кисок». В вокзальной толчее, — а в их территорию входил Курский вокзал, — он мигом выуживал «свеженьких кадров», четко и грамотно их раскручивая. «Свеженькими» Кабан называл малолеток — девчонок лет четырнадцати-пятнадцати, часто еще и нетронутых, которые кто по своей воле, а кто по стечению жизненных обстоятельств оказывались на вокзале, на самом дешевом и самом демократичном рынке платной любви. Но рынок этот был к тому же и самым грязным, самым заразным и криминальным, и Кабан профессионально, как настоящий купец, жалел портить хороший «товар» сразу, давая девочек поиграть сначала своим друзьям и знакомым. Именно он, кстати, приволок к Банде ту, которую Сашка впервые в своей жизни сделал женщиной всего-то за каких-то двадцать «зеленых»…
* * *
Надолго у Кабана в команде Банда не задержался. Виктор Алексеевич старательно перебрасывал его из «филиала» в «филиал», знакомя со структурой «фирмы» и всеми направлениями работы. Чем только Банда за последнее время не занимался! Он приглядывал за валютчиками, собирая с них дань на территории «фирмы». Он контролировал волосатиков в метро, продававших «травку», кокаин и «колеса» всем страждущим. Он несколько месяцев занимался хозяйственной работой, организовывая деятельность сети ночных магазинов по продаже спиртного, заключая сделки на бесперебойные поставки водки и на добычу безакцизного дешевого пойла…
Наверное, нет такой сферы деятельности организованной преступности в Москве, в которой бы ни работала «фирма» Виктора Алексеевича. И всюду, в каждой области ее деятельности, успел засветиться за это время Банда.
Не прошло и года, как Сашка стал наконец первым исполнительным директором одного из «филиалов». Его месячный доход измерялся уже как минимум тысячей долларов, не считая целого ряда дополнительных материальных благ, которыми одаривал его шеф. Банда мог заменить Виктора Алексеевича в любой сфере, выполнить любое его распоряжение. Ко всему прочему он был главным телохранителем шефа, на протяжении всего рабочего дня ни на секунду не покидая его без самой уважительной причины.
И только по вечерам Банда немеренно пил водку и махался в ресторанах города с кем попало, влезая в любые, даже самые незначительные конфликты и накаляя страсти до предела, настойчиво довода дело до драки.