– Конечно. – Петер открыл дверь, показывая дорогу остальным мужчинам. – Мы будем ждать тебя внизу, дорогая. Но не слишком задерживайся, хорошо?
Управляющий пробормотал что-то вежливое и ускользнул.
Бен посмотрел на невесту долгим настойчивым взглядом и тоже вышел. Петер последовал за ним, весело подмигнув девушке, прежде чем закрыть за собой дверь.
Оставшись одна, Анабель упала на кровать и, закрыв глаза, издала протяжный стон. Меньше всего на свете ей хотелось завтракать с Петером на этой знаменитой вилле, но и оставаться в гостинице не было желания.
Итак, надо привести себя в порядок и переодеться. Анабель сняла футболку и джинсы и в одних трусиках пошла в ванную, чтобы ополоснуться: после всего, что произошло, она испытывала острую необходимость принять душ. С тех пор как она раскрыла глаза навстречу сияющему утру, казалось, минула вечность. Тогда она ощущала себя умиротворенной, но, к сожалению, состояние спокойного счастья так мимолетно! Как только Бен перешагнул порог ее комнаты, мир и покой исчезли.
Анабель быстро приняла душ, вернувший ее к жизни, и надела приталенное, с пышной летящей юбкой светло-зеленое платье. Всерьез занялась макияжем, уложила волосы. Она не спешила: девушка хотела выглядеть великолепно, особенно если учесть, что внизу придется столкнуться с портье и потревоженными обитателями гостиницы.
Когда Анабель спустилась в вестибюль, Петер и Бен стояли у окна, любуясь спускающимся к озеру садом, и, казалось, были полностью поглощены дружеской беседой.
Сначала девушка, увидев эту мирную сцену, испытала чувство облегчения, но вдруг заволновалась: о чем они, собственно, могут разговаривать – неужели о ней?
Мужчины, заслышав ее шаги, быстро обернулись. Анабель показалось, что земля пошатнулась, она потеряла ориентацию в пространстве, увидев лица двух единственных в мире мужчин, которые, каждый по-своему, были близки ей. Девушка впервые по-настоящему глубоко осознала, как любит этих разных людей: одного, как брата, другого… Как кого? Как любовника? Ее сердце наполнилось ликующей радостью и болью, ибо в любви эти два чувства идут рука об руку. Но лишенная возможности заглянуть в будущее, Ан боялась: ведь когда любишь безмерно, отдаешь в заложники свою судьбу, вдруг да получишь взамен боль и страдание? Горький опыт у нее уже есть.
– Ты прекрасно выглядишь, – улыбнувшись, мягко сказал Петер, и Ан почувствовала, как напряжение покидает ее. Она улыбнулась в ответ. Такой близкий и родной Петер, которого она знала всю жизнь, был рядом – друг, в которого Ан верила, а вовсе не незнакомец, ворвавшийся в ее жизнь из мира фальши и цинизма. А может быть, существуют два Петера? Может, под оболочкой столь изменившегося человека все еще прячется тот застенчивый маленький мальчик, единственным другом которого была Ан?