— Зар, постой! Заринат — стоять! Ты куда? Вернись ко мне!
Как ни странно, но недоумок услышал голос своего опекуна. Встал, медленно повернулся и рассмотрел машущие сквозь решетку руки. Затем в его выражении появилась некая осмысленность годовалого карапуза, принимающего историческое решение:
— Зар — сильный. Конь — красивый. Зар работает — много кушает!
После такой эпохальной речи, деловито развернулся и потопал в сторону конюшен. Уракбай чуть решетку не выломал от бессилия и досады. Чего он только не кричал вслед своему сослуживцу, но тот даже не приостановился.
Тем временем со стороны входа в сарай послышался недовольный окрик:
— Эй! А чем это вы тут опять занимаетесь? — Все тот же знакомый охранник с подозрением обшаривал взглядом внутренности, держа в руках злополучное длинное поленце: — И где твой напарник? Неужели опять сбежал?
Сам удивляясь прорвавшейся наружу наглости и какому-то странному желанию поиздеваться, Дельфин состроил лицо полностью довольное жизнью:
— Нисколько! Мой легендарный товарищ просто вышел по собственной надобности и решил проведать своего лучшего приятеля в конюшне. Видимо они там заранее договорились о встрече.
Глаза охранника чуть не вывалились из орбит:
— Ты чего несешь? Какая встреча?
— Да мне почем знать? Охранный контур вы сняли, значит вам видней.
— Так он что?
— Ну да, я и говорю, отправился в конюшню к гнедому. Хм! Поработать ему, видите ли, захотелось.
Охранника как ветром сдуло. Некоторое время на парадном дворе слышался шум коротких пробежек и не совсем приличных окриков. Затем в сарай друг за дружкой заглянуло с десяток человек, начиная от рядового охранника и кончая начальником всей стражи графского поместья. Затем они точно с такой же очередностью уносились в конюшню. Вскоре из замка туда весьма вальяжно прошествовал и тучный граф собственной персоной. Чуть позже и сама графиня. После этого слуги забегали по хозяйственному двору с утроенной скоростью, хотя ни порядка, ни толку от этого не прибавилось. В конце концов из конюшни показалось два охранника, резво бегущие прямо к сараю, и ордынец самодовольно пробормотал:
— Разве они справятся без пройдохи-Дельфина?
Действительно его чуть ли не под руки выволокли из сарая, и прямо-таки пинками погнали через весь хозяйственный двор к конюшне.
— Нет, ну зачем же так, — продолжал ворчать молодой опекун, — Я ведь и сам бегать люблю…
А в конюшне тем временем проходило настоящее представление.