Мейсон собрался было уходить, потом что-то вспомнил и снова опустился на скамейку.
– Как далеко вы позволите мне заходить?
– Что вы имеете в виду?
– Вы прекрасно понимаете.
– Оставьте в покое Рози.
– А если мне придется обвинить Рози, чтобы выгородить вас?
– Тогда не выгораживайте меня.
– Да вы понимаете, что говорите?
– Отлично понимаю.
– Ваше положение крайне тяжелое, – со вздохом произнес Перри Мейсон. – Конечно, жюри не вынесет смертного приговора девушке с такой наружностью и умом. Но вы можете заработать пожизненное заключение. Сейчас легко задирать нос и произносить красивые слова, но что будет, когда подойдет решительный момент? Не упрекнете ли вы меня за то, что в свое время связали мне руки?
Она встала и очень серьезно произнесла:
– Мистер Мейсон, если я что-то делаю, то только из самых чистосердечных побуждений. И я ни о чем не стану жалеть, чем бы это для меня ни кончилось. Таков мой девиз в жизни.
– Ол райт, Рита, не вешайте головы! Мы еще повоюем!
Розалинда Прескотт сидела в кабинете Перри Мейсона и яростно повторяла:
– Я его не убивала! Не убивала! Я не убивала!
– Кто же его убил?
– Не знаю. Я сама бы очень хотела знать!
– Но если бы узнали, что бы вы сделали?
У нее потемнели от бешенства глаза.
– Сказала бы полиции.
– Допустим, что это дело рук Риты?
– Что заставляет вас думать, что это сделала Рита?
– Я спросил вас, каково было бы ваше отношение, если бы его убила Рита?
– Если бы она убила, то она не заслуживала бы снисхождения ни моего, ни Джимми. По ее милости мы попали в ужасную передрягу.
– Ну а если его убил Джимми?
– Если это сделал Джимми, то он тем более не может быть оправдан… Конечно, у него были основания. Множество оснований.
– Были ли у Риты основания?
– Не знаю. Если бы его убила она, то только в виде самозащиты.
– Что ж, причина уважительная, – заметил Мейсон.
– Но совершенно недопустимо то, что за этим последовало: тайком бежать из дома, никого не предупредив, будучи уверенной, что подозрение непременно падет на Джимми!
– Ну, а если это сделал Джимми?
– Джимми мог бы его убить, чтобы защитить меня. Но я не думаю, что он виновен.
– Скажите, пожалуйста, случайно у миссис Андерсон не было причин ненавидеть Вальтера Прескотта?
– Почему вы задаете такие странные вопросы?
– Я просто нащупываю возможные пути защиты… Так у нее могло быть что-то против него?
– Не думаю. Конечно, Вальтера раздражало, что она всюду сует свой нос. Он ей не раз советовал заниматься своими делами и перестать заглядывать в наши окна, а она в ответ предлагала закрывать окна ставнями, чтобы не вводить ее в искушение.