– Видишь, – сказал Михаэль после этого Джо Кулике, – ты все же был тогда несправедлив к старику. Он никогда не портил мне карьеры. Иначе они сейчас не взяли бы меня в Кассель.
Джо Кулике ухмыльнулся.
– С каких это пор ты разучился логически мыслить? То, что он сейчас рекомендовал тебя, еще не доказательство, что тогда, когда ты добивался поста в Киле, он не перекрыл тебе пути.
– Не вижу в этом никакого смысла.
– Зато я вижу. – Джо Кулике провел по своим рыжим коротко подстриженным волосам. – Может, за это время ты стал слишком умным для старика, слишком самостоятельным, слишком многого стал требовать. Поэтому он и спешит от тебя избавиться.
Михаэль Штурм вспомнил о размолвке с профессором Фабером, когда хотел лично выступить со своим заключением на процессе по делу об убийстве Ирены Кайзер, и вынужден был признать, что в рассуждениях Джо Кулике таится большая доля правды.
– Даже если и так, мне это не мешает, – упрямо заявил Михаэль, – в конечном итоге разницы нет!
– Вот тут ты опять прав! – добродушно согласился Джо Кулике. – Мне только жаль, что ты уходишь. Кто знает, какого юного хлыща, может, прямо тепленького с университетской скамьи, получим мы после тебя. Но как бы там ни было, я с твоим уходом тоже поднимусь на ступеньку выше.
– И будешь следующим, кто уйдет на самостоятельную работу, – предсказал Михаэль Штурм.
Джо Кулике поморщился.
– Знаешь, мне вовсе не к спеху. У меня нет любящей женщины, которой хотелось бы свить свое уютное гнездышко и потому страстно заинтересованной в моей быстрой карьере.
Михаэль Штурм засмеялся.
– На Еву намекаешь? Тут ты, конечно, не совсем прав. Но подожди! Ты тоже не вечно будешь радоваться своей холостяцкой свободе.
Все последующие дни прошли под знаком предстоящей женитьбы и переезда. Еве больше всего хотелось таскать своего жениха с утра до вечера по магазинам. Ее пылкий энтузиазм и радовал и умилял его, тем не менее, он не мог, как она, все время только и думать о гардинах и занавесках, коврах, мебели и светильниках. Для него не было столь важно, будут ли у них кресла в стиле «модерн» или «антик», будут ли они обиты натуральной, искусственной кожей или тканью, будут коричневые, черные или белые, главное – чтоб в них удобно было сидеть. А Ева без конца сравнивала и выбирала – она целиком погрузилась в поиски идеальной обстановки для их квартиры.
А одну из суббот они уже посмотрели в мебельных магазинах более десятка различных гарнитуров для жилой комнаты, но Еву все время в них что-то не устраивало.
Михаэль Штурм попытался положить этому конец.