Клео стояла рядом и внимательно смотрела на Татьяну, как будто пыталась заглянуть ей в душу.
— Я думала, ты к этому стремилась.
— Я тоже думала, Клео, только теперь я уже не так в этом уверена.
— Тогда почему ты согласилась? Татьяна сморгнула слезу:
— Может, я и не умираю с голоду, но мне все равно нужно есть.
— Констанс Энн, у Криса болят зубы.
— Я знаю, Хелли, и, кажется, даже догадываюсь почему. — Констанс Энн склонила голову набок, изображая глубокую задумчивость. — Наверное, потому, что он не послушался совета панды Пеппи и ел сладости.
— У меня правда болит зуб! — заныл Крис, потирая правую щеку.
— К че-е-ерту! — завизжала Констанс Энн.
— Снято! — рявкнул Уилл Хейес.
Операторы остановили камеры. Констанс Энн встала и показала пальцем на Криса:
— В начале этой сцены он держался за левую щеку, а теперь хватается за правую! Черт подери, разберись наконец, с какой стороны у тебя болит зуб! — Она с отвращением всплеснула руками. — Не понимаю, мы на телевидении или в школьном драмкружке для первоклассников?
Крис заплакал и убежал со съемочной площадки. Уилл сорвал с себя наушники.
— Здорово, Констанс Энн, ничего не скажешь! Ты постаралась на славу. По твоей милости мальчишке уже выписали успокоительное, что дальше — шоковая терапия?
— Если это поможет паршивцу стать актером, то я только «за»!
Она отшвырнула микрофон и с возмущенным видом двинулась в свою гримерную. Уилл Хейес догнал ее и пошел рядом.
— А тебе не приходило в голову, что, может быть, это тебе нужно выписать успокоительное, а не ему?
Констанс Энн резко развернулась, сверкая глазами. Уилл не испугался и явно не собирался отступать.
— И я имею в виду лекарство из аптеки, а не из бара.
Констанс Энн любила подраться, и чем более кровавой бывала схватка, тем лучше. Впрочем, большинство ее противников оказывались слабаками и сдавались после первых же ударов. Она злобно улыбнулась.
— Знаешь, Уилл, я все думала, что у тебя между ног вагина, но теперь засомневалась, может, у тебя все-таки есть яйца.
— Всего одно, если тебя это интересует. В девяносто девятом у меня был рак яичка.
— Правда? Плохо. С одним дело не сделаешь — во всяком случае, со мной.
Уилл устоял и перед этим выпадом.
— Надо с этим кончать. Ты просто издеваешься над бедными детьми, это отвратительно. Если родители одного из них обратятся к журналистам, все будет кончено. Понимаешь, Констанс Энн, все! Помнишь, как Пи Ви Хермана посадили за детскую порнографию? Так вот, его грехи покажутся просто детской шалостью по сравнению с твоими.
Констанс Энн ткнула пальцем в костлявую грудь Уилла: