Змеи, членистоногие, крысы — выбор большой, но специфический…
Следователь достал гребешок, прозываемый в народе «вшегонялкой», и стал приводить в порядок слипшуюся от пота жидкую растительность вокруг почтенной розовой лысины.
— Покойный полагал, что в его кишечнике живут паразиты и уничтожить их может только алкоголь… — Виктор говорил серьезно, как врач на консилиуме. — Высокоградусный алкоголь!
Слуга закона внимательно выслушал, щелкнул кнопкой диктофона, отматывая кассету, и с усмешкой произнес:
— Хохмите, старший лейтенант…
— Ну что вы!
— Лично для меня все ясно как божий день! — Следователь закурил нестерпимо вонючую «Приму». — Фредерика Морланда угробили вы…
«А зарплата-то у него явно не генеральская, раз курит всякую дрянь. Но товарищ въедливый, дотошный. Измором меня взять решил. Доконать… — думал Новиков под мощной дымовой завесой. Мокрогубый рот следователя стал похож на вулкан накануне извержения. — Добьется признания — на повышение пойдет. Как же, раскрыл злодейское убийство иностранного товарища, борца с империализмом.
Ничего, мужик, я тебе не скажу, и не надейся. Что случилось, то случилось».
— Причины налицо. Михаил Суров был вашим сослуживцем и товарищем. Вы действовали в состоянии аффекта, не контролировали собственных поступков и эмоций.
Опытный законник сменил тон на ласково-отеческий.
Глаза следователя подернулись влажной пеленой и словно гипнотизировали Новикова.
— Я соберу надлежащие доказательства. Проведем повторную экспертизу…
«Конечно! Сухогруз в океане нагонишь и трепанацию черепа покойному сделаешь», — мысленно посмеялся над неуклюжестью шантажа старлей.
— Мотив преступления понятен, — глубокомысленно рассуждал хозяин кабинета. — Непонятно другое. Почему молчат все остальные? Предположим, своих вы запугали!
— Да что вы такое несете! — взорвался Виктор. Уж если кого и хотелось убить, так вот этого плешива в клубах зловонного дыма. — Я офицер, а не блатной пахан. Представителю военной прокуратуры должно быть знакомо, хотя бы приблизительно, понятие чести офицера. Считаете меня виноватым — ищите свидетелей, собирайте доказательства.
Я ни в чем признаваться не собираюсь!
— Браво, молодой человек! — прихлопнул пухлыми ладошками следователь. Отличный монолог. Очень эмоциональный и проникновенный. В самый раз для провинциальных театров. Но не для меня! — проорал собеседник, и Новикову показалось, что задребезжали оконные стекла. — Лейтенант, я кайфа от этого дела не ловлю. — Следователь придвинулся к Виктору и теперь тяжело дышал ему прямо в лицо. — Умер солдат от черепно-мозговой травмы. Ну и хрен с ним. Но… то чернокожий солдат, присланный учиться в центре подготовки специальных частей. Несостоявшегося спецназовца притаскивают в санчасть с треснутой макушкой, словно все его родное племя кололо на ней кокосовые орехи…