– Я буду на улице, – сказал он и продолжил движение в прежнем направлении.
Перетье нажал на мобильнике кнопку соединения с абонентом.
* * *
– Вы можете показать мне карту и те снимки, которые сделали сами? – Айсана забилась в глубокое потертое кресло, как маленький обиженный щенок. После принятия душа, как показалось Мещерекову, она стала еще более привлекательной.
– Не могу. – Он поставил на стол поднос с двумя чашками кофе и занял место напротив. – Все осталось в моем номере в «Шалаце». И я думаю… Мне так или иначе все равно придется вернуться туда. Другой вопрос, как это сделать…
Айсана вроде как и не слышала его последних слов. Взяв чашку, она сделала маленький глоток и тут же поставила ее на прежнее место.
– То, что вы рассказали мне о Руджум Аль-Хири, звучит очень знакомо, – задумчиво произнесла она, покусывая нижнюю губу. – Уверена, что я не просто слышала прежде всю эту историю, но имею к ней какое-то непосредственное отношение… Ну в том смысле, что картинка кажется мне неполной.
– Что значит неполной? – не понял Мещереков.
– Я не могу быть ни в чем уверена, Олег, но, мне кажется, в моей голове хранится еще какая-то информация на этот счет. Что-то важное…
Она замолчала, погрузившись в себя. Мещереков видел, что девушка действительно искренне пытается проникнуть в самые отдаленные закоулки своей памяти. Она даже забыла про свою чашку кофе.
– Мне нужно увидеть своими глазами, – продолжила она после длительной паузы. – Если не место, то карту. Я должна знать…
– Конечно, должны, – не удержался от высказывания Олег. – Иначе вам не было бы причины убивать Фери.
Глаза Айсаны блеснули, она распрямилась и порывисто поднялась.
– Опять вы за старое! – ее голос невольно сорвался на крик, и Мещереков пожалел о том, что снова затронул эту тему. – Я уже говорила вам, что не помню этого. И не вижу никаких причин, по которым я могла бы желать смерти этому вашему Фери… Я вообще не уверена в том, что сделала это. Почему так уверены вы, Олег? Вы всегда верите всему, что печатают в газетах?
– Вас взяли с поличным, – осторожно заметил профессор.
– Вы там были?
Мещереков покачал головой.
– Тогда и не говорите. О том, что меня взяли с оружием на месте преступления рядом с трупом этого ученого, вы тоже знаете из газет. И давайте больше не будем постоянно возвращаться к этой теме. Во всяком случае, пока… Пока в моей голове не развеется весь этот непонятный туман. Хорошо?
Под конец тирады Айсана понизила голос, и ее последнее «хорошо» прозвучало почти умоляюще. Она будто просила Мещерекова войти в ее непростое положение и перестать мучить. Профессор невольно почувствовал себя бездушным и бессердечным человеком.