При обнаружении какой либо неисправности, вызываешь ремонтников, если возможно, они устраняют поломку на месте, если нет - тащат неисправную технику к себе. Мы же оказались оторваны от всех тыловых структур и теперь, даже элементарную гайку негде взять. Не говоря о более серьезном ремонте.
Забравшись в первый фургон, я стал осматривать станки. Это оказались токарный и универсальный фрезерный. На них можно было выполнять практически все операции по металлообработке, единственным ограничением служил размер обрабатываемой детали. В ящичках шкафов, закрепленных не стенах, я обнаружил разложенные с немецкой аккуратностью резцы, фрезы и сверла различного диаметра. В уголочке я увидел электроточило.
Не удержавшись, я тихонько выругался. Удивленно посмотрев на меня, Котов спросил:
- Что-то не так?
- Да нет, все настолько так, что даже зло берет. Это настоящий цех, только очень маленький.
Во второй машине я обнаружил широкий верстак, с двумя тисками, большими и маленькими. В стоящем у противоположной стены шкафу, хранились инструменты.
Ключи различных размеров, напильники, от грубых до маленьких надфилей, пилы по металлу и запасные полотна к ним, были так же аккуратно разложены по ящичкам. Окончательно сразила меня, обнаруженная в одном из нижних ящиков, большая электродрель.
Все это богатство - абсолютно новое, как говорится, муха не сидела.
Котову наверно надоело смотреть, как я перебираю железки и слушать мои "Ух ты!", "Ух ё!" и он спросил:
- Ну и что со всем этим делать, и кто со всем этим умеет обращаться!
- Делать можно, практически все, еще бы сюда электросварку, и можно даже небольшие пробоины в броне заделывать. А насчет того, как с этим добром обращаться, то чес-слово обижаете, товарищ капитан. Не все же наши "двухгодичники" - химики, как Лучик. Например, Денисенко оканчивал Донецкий Политех, что-то связанное с машиностроением. Среди освобожденных могут найтись токари и фрезеровщики, тот же Савельев в ФЗУ учился. Я тоже, по образованию инженер-механик и различные метода металлообработки изучал. К тому же, на "Тридцатке" в Мелитополе, где мы два месяца были на практике, я даже получил корочки токаря третьего разряда.
- Что за "Тридцатка"?
- Завод "Имени Тридцатилетия ВЛКСМ", "Тридцаткой" его местные называют.
Пойдемте, посмотрим на электростанцию, что за зверь. Ведь без нее станки работать не будут.
В фургоне с электростанцией, царил такой же немецкий порядок. Посреди фургона располагалась сама электростанция, состоящая из четырехцилиндрового двигателя и генератора. Ближе к кабине водителя находился бензобак, литров на сто. Электрические кабели были аккуратно намотаны на небольшие барабаны, закрепленные на стене. Возле двери висел большой распределительный щиток с разъемами для кабелей и пакетными выключателями. В аккуратных рамочках висели инструкции, скорее всего по запуску и обслуживанию. Слово "инструкция" напечатанное крупными буквами, в особенном переводе не нуждалось. Ведь мое слабое знание разговорного немецкого, в какой то степени объяснялось тем, что в институте, мы в основном занимались переводом технической литературы.