– Ты забыл про письмо Гладиатора, – напомнила Людочка. – Как тогда объяснить его? Случайным совпадением?
– То-то и оно… – Ваня развёл руками, при этом зацепив недопитую пивную бутылку.
– Надо этого гада искать, – сказал Цимбаларь, провожая взглядом укатившуюся под кровать бутылку, с которой он ещё совсем недавно связывал вполне определённые планы. – Пока это наша единственная ниточка, пусть и сомнительная. Я на заре туманной юности, чтобы перед девками пофорсить, тоже таскал с собой томик Шекспира на английском языке. И даже временами с умным видом в него заглядывал, хотя не понимал ни бельмеса.
– Тебе, наверное, было шестнадцать, а не тридцать, – заметила Людочка. – Тем более что сейчас это уже не актуально. В наше время девушек квантовой механикой не соблазнишь. Лучше форсить кредитной карточкой «Америкен-экспресс».
– Дуракам закон не писан, – хмуро произнёс Ваня. – Не нравится мне этот Гладиатор. Ведёт себя как-то странно. Посылает идиотское, ни к чему не обязывающее письмо. Трётся на вокзалах, где всякую шваль только и вылавливают. Надевает ночью чёрные очки. Шарахается от фотоаппаратов. Настоящие преступники так не поступают.
– Настоящими, иначе говоря, обыкновенными преступниками занимаются штатные службы. Уголовный розыск, убойный отдел, участковые, муниципальная милиция, – напомнил Кондаков. – А мы называемся особым отделом. На нашем пути может встретиться и маньяк-учёный, и человек, переродившийся в чудовище, и религиозная кликуша, и даже сам Иисус Христос, возвратившийся на землю. Поэтому к каждому отдельному случаю нужен свой подход, и тоже, естественно, особый.
– Надо бы телевизор включить, – предложил Ваня, тяготившийся всякими словопрениями. – Сейчас криминальная хроника начнётся. Авось где-нибудь опять рвануло.
Оказалось, он как в воду глядел. Взрывы гремели по всей России. В Омске на базаре взорвалась ручная граната. В Красноярске – баллон с бытовым газом. В Воркуте – заходивший на посадку вертолёт. В Хабаровске – цистерна с остатками серной кислоты. В пригороде Грозного – фугас.
Всё это, конечно, было очень скверно, но никакого отношения к делу, занимавшему умы нашей четвёрки, не имело. Везде свистели осколки, везде воняло тротилом, бензином, газом и порохом, везде почти сразу выявлялись виновные. Уже пошёл разговор о том, что не мешало бы послать Ваню за новой порцией пива, но тут на экране возник знакомый фасад Московского вокзала.
Диктор, оставаясь за кадром, сообщил:
– Вчера поздним вечером на перроне Московского вокзала был задержан человек, по некоторым сведениям причастный к организации взрыва, случившегося тем же утром в окрестностях нашего города. В интересах следствия его фамилия не разглашается. Дорогие телезрители, ещё раз напоминаю вам о необходимости соблюдать бдительность.