Праздник кущей (16:13–17) называется так потому что, собрав осенний урожай, израильтяне должны были неделю жить в «кущах» или шалашах, которые сооружались из ветвей и листвы. Его называли также "Праздником собирания плодов". Праздновать его начинали на 15-ый день седьмого месяца, т. е. месяца Тишри (сентябрь-октябрь). То обстоятельство, что он назван "Господним праздником", а также просто «праздником», возможно, указывает, что это осеннее торжество стало самым значительным из трех ежегодных еврейских праздников, на которые стекались паломники.
Общее веселье должно было быть главной особенностью этого праздника, как и праздника седмиц. Народ должен был радоваться тому, что Бог благословлял его, но также и тому, что в свое время он был освобожден из Египта. Неделя, которую евреи проводили в шалашах, напоминала им об их пребывании в пустыне после того, как вышли из "дома рабства". Таким образом, осеннее торжество было посвящено образованию народа по Божией милости и Его непрекращающейся поддержке этого народа, неизменной с тех пор и до момента каждого праздника Кущей.
Моисей напомнил мужам Израиля об их обязанности три раза в году являться пред Господа. Это не означало, конечно, что членам их семей не надо было принимать участия в праздниках. Идеальной мыслилась такая ситуация, когда все они вместе со слугами, левитами, "пришельцами", сиротами и вдовами участвовали в торжествах. При этом каждый мужчина должен был приносить Богу какой-то дар, потому что лейтмотивом грех упомянутых праздников было выражение радостной благодарности Ему за Его обильные духовные и материальные благословения, излитые на Израиль в прошлом и изливаемые на него в настоящем.
Законы и способы теократического правления (16:18–18 22)
Если все предыдущие разделы книги касались в основном законов, которыми руководствовался народ, поклоняясь Господу, то темой этого раздела является ответственность официальных лиц за соблюдение обрядов Богопочитания в условиях жизни народа в Обетованной земле. Они отвечали также за праведность и беспристрастность совершаемых ими судов.
В стихе 16:18–20 Моисей не уточнил, как именно должны были назначаться судьи и надзиратели. В пустыне поначалу Моисей сам был единственным судьей народа. Но когда груз его судейской ответственности стал для него чрезмерным, он назначил «руководителей» (вождей, начальников) племен в лице их военачальников, "надзирателей" и судей. Вероятно, эти люди стали старейшинами в каждом из колен, а судьи для каждого города брались впоследствии из соответствующего городского совета старейшин, который действовал в качестве юридического органа.