Впрочем, никто верительных грамот этой компании в упор не видел, и Шрам крепко подозревал, что это банальный офф-шор, а не штат Алабама. С другой стороны, обломись гендиректор на народном вече, он все равно останется в силе решить вопрос в свою пользу. Просто нынче такие времена, когда с народом принято заигрывать.
В шкафу чинно продолжали ссыхаться полные классовой мудрости пудовые рекламные проспекты Карла Маркса. Бюст Ленина гулял по столу с края на край, потому что где б ни оказался, всюду мешал.
– Хоть ты тресни, ничего не могу придумать! – наказал себя ладонью по лбу Андрей, – По документам выходит, что ни к чему не подкопаешься, – добытые агентурой ксерокопии документов ворохом были рассыпаны по столу, – Брокерская контора скупала акции весь год! Набрала таки двадцать один процент. Тридцать процентов принадлежит Лапчатому. Простить себе не могу, что когда это проворачивалось, я не понимал, что к чему! И сидел, засунув язык в...
– Не отвлекайся, – холодно ободрил, будто оборвал, Шрам и потряс в воздухе кофейником. Кофейник был пуст, будто пещера разбойников после визита Аладина.
– Я не отвлекаюсь, – расстегнул на горле пуговицу рубашки Андрей и начал закатывать рукава. Ему было душно. Наверное, от бессилия, – Я прекрасно понимаю, что брокерская контора выкупала акции у работяг не на свои денежки. Что она – подставная! Рабочим стабильно задерживали зарплату, а деньги Гусь Лапчатый стабильно отправлял в заем конторе. Понятно, когда дети голодные, отец и мать последнюю наволочку отдадут. А уж акции, типа какие-то непонятные бумажки, продать – милое дело. Я это все прекрасно понимаю, но внешне сделка легальна с любого бока!
– В Уголовном Кодексе есть такая статья – мошенничество.
– А в Библии есть заповедь – «Не укради». Ну и что?
– Уже хорошо, что правда на нашей стороне, – в поддержку хлопнул друга по плечу Шрамов, – Если мы это понимаем, значит сила не у них, а у нас.
– И что теперь? Прыгать на месте от негодования? Звонить в Смольный? Слать телеграммы президенту? Уважаемый господин Президент, остановите разбазаривание страны! Так что ли?
– Сила без ума – понты на ветер. Придумаем что-нибудь. Ночь длинна. А в Смольный ломиться – без резона. Сквозь секретарей не пробьешься. Да и явно наш Гусь Лапчатый пару бугров городского масштаба ради спокойствия души подмазал, – обретаясь в профсоюзном кабинете, Шрам не посчитал нужным поставить профсоюз в известность, что вынужден усиленно скрываться от милиции. У Юрьевича и так голова пухнет от проблем, зачем еще расстраивать человека? Зачем профсоюзу знать лишнее?