Метрах в двухстах от устья реки валялся маленький рыбачий челнок, который вытащили на берег и бросили догнивать. Приближаясь к нему, я заметил на поляне за челноком деревянную хижину, пребывавшую примерно в том же градусе распада.
Плыл я быстро, обшаривая глазами местность. Вон там совсем недавно кто-то прошел. Я ясно различил темные исподы листьев растущих у воды папоротников, да и высокая трава вблизи челнока переплелась там, где сквозь нее продирались.
Я проплыл еще метров пятьдесят, и лес заслонил от меня челнок. Тогда, нащупав ногами дно, я направил канистру к берегу и, затащив ее под деревья, отстегнул нагрудники и винтовку. Краткое купание вряд ли могло вывести ее из строя.
Я напялил на себя сразу три нагрудника и убедился, что рожки торчат из карманов правильными концами кверху. Наконец, еще раз проверив М-16, я взглянул на часы: 8.19. Я попрыгал – ничего не гремит, все закреплено надежно – и перевел переключатель на автоматическую стрельбу.
Я подбирался к хижине, останавливаясь через каждые несколько шагов, вслушиваясь в крики птиц – не встревожены ли они? – и в голоса прочей живности. Если все пойдет наперекосяк, мне придется быстро спуститься к реке, подобрать канистру, прыгнуть в воду и плыть к океану.
Я остановился, совсем немного не доходя до поляны, медленно опустился на колено и прислушался. Единственным звуком человеческого происхождения были удары капель, падавших с моей одежды на палую листву.
По ведущей в джунгли тропе недавно кто-то прошел, больше того, по ней протащили нечто, оставившее борозду на земле. По обе стороны от борозды виднелись отпечатки ног. Я поднялся с колена и двинулся параллельно тропе.
Через двадцать шагов я увидел уже знакомую мне, лежавшую кверху дном надувную лодку с мотором. Ее проволокли по тропе и оттащили вправо, так что теперь она преграждала мне путь.
Я немного углубился в лес и пошел, по-прежнему двигаясь параллельно тропе. Я старался перемещаться быстро, но при этом не выдать себя шумом.
Где-то под деревьями послышался металлический лязг. Я замер, насторожив слух. В первые несколько секунд я слышал лишь собственное дыхание, потом лязг повторился. Он раздавался впереди, чуть слева от меня.
Поставив винтовку на предохранитель, я лег на живот. Теперь мне следовало передвигаться медленнее черепахи, но вот только часы уже показывали 9.06.
Я пополз вперед. Чтобы нагрудники не волочились по земле, приходилось приподнимать тело выше, чем мне хотелось. Каждые пятнадцать сантиметров я останавливался, поднимал голову, вглядывался и вслушивался, пытаясь обнаружить источник шума, но слышал по-прежнему только собственное дыхание.