Вдруг боснийцы торопливо залопотали, голоса их поднялись на целую октаву, а Человек-Пицца пошел к ним и склонился над экраном. Похоже, началось. До пуска ракеты остались считанные минуты.
Я рывком поднялся на колено, сдвинул переключатель на автоматическую стрельбу, уперся прикладом в плечо. Нажав на спуск, я всаживал короткие очереди в землю у груды мусора.
Звуки стрельбы слились с воплями – боснийцев охватил ужас, двое других бросились к винтовкам, а пятый, казалось, растаял в воздухе.
Мне вовсе не хотелось попасть в боснийцев: если они способны запустить ракету, значит, способны и остановить запуск. Рожок опустел.
Я вскочил и сменил позицию, прежде чем они сообразили, откуда велся огонь. Под прикрытием листвы я отбежал вправо, на ходу сменив рожок. Тут слева, с прогалины, забили длинные очереди.
Я упал на землю и подполз к самому краю прогалины – как раз вовремя, чтобы увидеть удирающих по тропе боснийцев. Увидел я и Человека-Пиццу, залегшего на другой стороне прогалины и орущего, приказывая боснийцам вернуться:
– Там всего один человек! Назад!
Боснийцы не послушались, да и другие двое тоже припустились вслед за ними, на бегу поливая джунгли длинными очередями.
– Идиоты! – Человек-Пицца, вскочив на ноги, пустил пулю вслед убегавшим.
Дьявол, они нужны мне живыми!
Переведя переключатель на одиночную стрельбу, я прицелился, задержал дыхание и выстрелил. Он рухнул и без единого звука исчез в траве.
Я сменил рожок и с винтовкой на изготовку быстро, но осторожно пошел через прогалину к Человеку-Пицце.
Он был жив, но задыхался, прижимая ладонь к груди. Между пальцами сочилась кровь.
Я отбросил винтовку раненого в сторону и пнул его ногой:
– Отключи систему!
Никакой реакции.
Я схватил его за руку, выволок на прогалину и только тут увидел у него на спине зияющее выходное отверстие.
Я выпустил его руку, и он пробормотал, почти улыбнувшись:
– Мы вернемся сюда, идиот…
Я ткнул дулом винтовки ему в лицо:
– Останови ракету! Останови! Или…
Он лишь криво улыбнулся:
– Или что?
И то верно. Я побежал к столу, поглядывая на тропу – не возвращаются ли остальные. До запуска осталось всего три минуты.
Левый экран заполняли русские буквы, правый оказался экраном радара – тускло-зеленый фон с разбросанными по нему белыми точками и идущим по часовой стрелке лучом развертки. Ноутбук показывал получаемое с помощью веб-камеры изображение шлюзов. От ноутбука тянулся кабель – сначала по земле, а после вверх по стволу дерева, на одной из веток которого была закреплена небольшая спутниковая тарелка.
Оглянувшись на экран ноутбука, я увидел играющий оркестр, танцующих девушек, сидящих на стульях людей и еще большую их толпу, стеснившуюся у барьеров. Основное место на экране занимал «Окасо». Его пассажиры с фотоаппаратами и видеокамерами в руках толпились на палубах.