В общем, к тому времени, когда Кот выписался из больницы, его авторитет упал ниже плинтуса. Теперь он на собственной шкуре узнал, что значит быть чокнутым изгоем. С греблей ему тоже пришлось проститься. Сломанная рука срослась не слишком удачно. В одночасье Сашка Котов из гордости детдома превратился в аутсайдера. Администрация тут же вспомнила все его прегрешения, и не прошло и года, как Кота сплавили в интернат для трудных подростков. В заведомо неравном поединке Липе удалось одержать верх…
…А сегодня ночью Кот пришел поквитаться. Липа до сих пор чувствовала его холодные пальцы на своей шее, слышала свистящий шепот: «Потанцуем, Мартьянова?» Они кружились в бешеном вальсе, и пальцы на ее шее сжимались все сильнее. Когда в легких почти не осталось воздуха, Липа закричала…
Она боролась за свою жизнь отчаянно. Однажды она уже победила и сейчас не сдастся без боя…
Оказалось, что это всего лишь сон, ночной кошмар, и борется она не с ненавистным Котом, а со своим новым соседом, и нос ее снова закровил…
Это ужасно! Жить так больше нет сил. За каких-то пару недель она превратилась в истеричку. Еще немного, и идея о переезде в психиатрическую клинику будет казаться ей замечательным вариантом. А почему бы и нет? У нее уже есть маленький сумасшедший дом. Вернее, не дом, а квартира, но это неважно. И сосед по палате тоже нашелся, бессовестный вуайерист. От квартиры нужно срочно избавляться, если она хочет сохранить остатки разума. Завтра же. Нет, уже сегодня, она позвонит Николаю Станиславовичу и расскажет, что нашелся второй владелец. Возможно, ему удастся сделать то, что не удалось ей – убедить Тимофея Чернова продать свою долю. Может быть, у покупателя найдутся какие-нибудь особенные аргументы, неведомые ей методы убеждения.
Эта конструктивная мысль Липу успокоила. Не все так плохо в ее жизни. Вот сегодняшней ночью, к примеру, обошлось без мистики. Внутренний голос подсказывал, что это из-за нового соседа, что это именно его присутствие не дает нечисти, обитающей в квартире, развернуться на полную катушку. Впрочем, даже если это и так?! Все равно хрен редьки не слаще. Еще неизвестно, кто хуже: влюбленный призрак или сосед-уголовник…
Удивительно, но тяжкие думы не помешали Липе уснуть и проспать без сновидений до позднего утра. Впервые за многие дни она почувствовала себя отдохнувшей и бодрой.
Вставать не хотелось, но часы показывали половину одиннадцатого утра, негоже валяться в постели до обеда. И Машка не кормлена. Липа сползла с кровати, одернула измятую рубашку, пригладила волосы, вышла из спальни.