После примерки фрис Шебанска достала толстую записную книжку и принялась её изучать.
— Так… А скажи-ка мне, Ингрид, какой контингент тебя интересует больше всего?
— Сотрудники СБГ, ученые, политические деятели.
— Военные?
— В меньшей степени.
— Понятно. — Фрис Шебанска задумалась. — Вот что, милочка. Послезавтра в большом зале главного комплекса на Винторовке состоится процедура вручения премий в области науки и техники. На ней будет все высшее руководство страны, ведущие ученые. Затем состоится концерт с участием звезд эстрады, а после него — фуршет для более узкого круга, так сказать, сливок общества. Я достану для тебя приглашение туда. Во всяком случае, попытаюсь. Мне тоже придется пойти, чтобы познакомить тебя кое с кем. Будем выдавать тебя за дочь моей старинной приятельницы, приехавшую поступать в университет.
— Пожалуй, это то, что нужно.
Фрис Алана Шебанска оказалась поистине бесценным человеком. Ей удалось достать билеты не только на официальную церемонию, но и на фуршет в узком составе.
Утром следующего дня в подъезд редакции газеты «Вестник Гедонии» вошел высокий молодой человек. Охрана почему-то не обратила на него никакого внимания. Молодой человек поднялся на второй этаж и прошел в кабинет главного редактора. Секретарша также не обратила на него внимания, хотя вся приемная была забита людьми, желающими увидеться с главным. В кабинете шла летучка. Присутствующие члены редакционной коллегии оглянулись на отворившуюся дверь и тут же равнодушно повернулись обратно. Молодой человек присел на стул у стены.
— Идите, работайте, — подвел через пять минут итог совещанию главный редактор. Он заметил сидящего посетителя, лишь когда все покинули кабинет.
— Вы ко мне?
— Письмо из Комитета. — С этими словами молодой человек протянул редактору пакет.
— Так, что тут нас?.. Ага, ясно. Включить в завтрашний номер следующие списки погибших… А почему не позвонили заранее?
— Да знаете, как это у нас нередко бывает. Давай-давай, бегом-бегом. Я говорю: «Что за спешка? Это же в завтрашний номер». Так на меня так цыкнули, что и не помню, как выкатился. Так что перезвоните, пожалуйста, сами.
Главный редактор продолжал читать письмо.
— Ох ты, а список-то какой большой.
— На словах сказали, что делать хоть двойной, хоть тройной формат, но чтобы все вошло.
— Ладно, сейчас позвоним… — Главный редактор потянулся к телефонной трубке, подержал её минуту с отсутствующим видом, и положил обратно в полной уверенности, что поговорил с начальником отдела Координационного Комитета по печати.