— Пусть будет язык, королева, — безропотно согласился атлет, испуганно потупившись.
— Тогда встань на колени и высунь язык, приказала ему я после чего, дождавшись, чтоб он выполнил требование, обернулась к Вериангеру и перешла на язык эльфов: — Правительница желает, чтоб ты отсек язык ее нерадивому слуге.
Верховный маг взглянул на Нику, та едва заметно кивнула.
— Нож, — верховный маг протянул руку и, взяв нож тут же поданный ему одним из охранников, быстрым и резким движением отсек язык атлета. Затем, прищелкнув пальцами, снял болевые ощущения, и обернулся к Нике:
— Правительница удовлетворена?
Ника правильно поняла и вновь сдержанно кивнула, после чего повернулась ко мне и холодно спросила:
— Я устала, Лия. Они могут мне предоставить комнату и дать отдохнуть?
Я повернулась к Вериангеру:
— Правительница хочет, чтобы ей предоставили апартаменты и дали возможность отдохнуть. Она устала.
Верховный маг вновь подобострастно склонился перед Никой: — Все будет, как Вы пожелаете, Правительница.
Я сидела в апартаментах правительницы и уже который раз пыталась утешить Нику и вывести из состояния мрачной депрессии, в котором она пребывала постоянно все последнее время.
— Ника, ну неужели тебе плохо? Любое твое повеление они стремятся даже предугадать. Что тебе недостает? Твои служанки научились понимать тебя по жестам, — я внутренне усмехнулась, вспомнив, как заставила Вериангера мучительно и публично казнить служанку, посмевшую тайком от меня пытаться научить Нику эльфийскому языку. А Нике преподнесла это как непреложное требование верховного мага, который считает, что никому непозволительно хоть каким-то способом показывать свое превосходство над правительницей. Я научилась так умело обманывать как одного, так и другого, что именно мои решения стали основополагающими во всех вопросах управления Хламией. Вериангер явно почитал Нику и, как мне казалось, был даже влюблен в нее, поэтому стремился выполнить любое ее желание. Однако я сумела так напугать Нику, что она даже близко к себе его не подпускала и разговаривала с ним лишь в моем присутствии. Поэтому верховный маг исполнял не столько ее желания, сколько мои.
— Ты знаешь, Лия, мне не нужно здесь ничего, меня тяготит здесь все. Я скучаю по мужу, Дэну. Я даже представить боюсь как там они без меня… Виктор Алексеевич, хоть и кажется суровым, но очень ранимый, а Дэн вообще чрезвычайно чувствительный мальчик, а тут одновременно и тебя потерять, и меня… — Ника стоящая у окна, обернулась и с тоской посмотрела на меня, в ее глазах сверкали слезы.