– Ванная вон там, – показал рукой Грег. – Приведи себя в порядок. Я дам тебе другую футболку. Ты пришлешь ее мне назад, выстиранную, без пятен крови. Понятно?
– Да, – прошептал парень.
– Сэр! – закричал Стилсон. – Сэр! Сэр! Сэр! Ты что, не можешь запомнить?
– Сэр, – простонал парень. – Да, сэр. Да, сэр.
– Ничему-то вас не учат, – сказал Грег. – Никакому уважению.
Головная боль снова дала о себе знать. Он сделал несколько глубоких вдохов и подавил ее, но в животе творилось черт знает что.
– Ладно, покончим с этим. Хочу только дать тебе полезный совет. Когда вернешься осенью в свой чертов колледж или куда там еще, не начни ненароком думать, будто здесь произошло что-нибудь не то. И не строй иллюзий насчет Грега Стилсона. Лучше тебе, мне и Джорджу выкинуть все из головы. Если тебе вдруг покажется, что ты можешь отыграться, это будет самая ужасная ошибка в твоей жизни. Наверное, последняя.
С этими словами Грег вышел, бросив последний презрительный взгляд на парня; тот стоял, вытаращив глаза, губы его дрожали, грудь и живот пестрели запекшимися пятнышками крови. Он походил на десятилетнего мальчишку-переростка, которого выставили из школьной бейсбольной команды.
Мысленно Грег поспорил с самим собой, что никогда больше не увидит и не услышит этого парня, – и выиграл. Через несколько дней Джордж Харви остановился у парикмахерской, где брился Грег, и поблагодарил его за то, что он «вразумил» его племянника.
– Вы умеете с ними обращаться, Грег, – сказал он. – Не знаю… они почему-то уважают вас.
– Не стоит об этом говорить, – ответил Грег.
Когда Грег Стилсон сжигал футболку с неприличной надписью в Нью-Гэмпшире, Уолт и Сара Хэзлиты завтракали в Бангоре, штат Мэн. Уолт читал газету.
Он со стуком поставил чашку кофе на стол и сказал:
– Сара, твой старый дружок попал в газету.
Сара кормила Денни. Она была в халате, волосы не расчесаны, глаза едва открыты. На восемьдесят процентов она еще была сонная после вчерашней вечеринки. Почетным гостем был Гаррисон Фишер – конгрессмен от третьего округа Нью-Гэмпшира с незапамятных времен и верный кандидат на переизбрание в будущем году. Вечеринка была для нее и для Уолта вопросом политическим. Политический. Это словцо Уолт в последнее время употреблял частенько. Вчера он выпил куда больше Сары, но сегодня уже с утра был одет и свеж как огурчик, а она будто помоев нахлебалась. Где справедливость?
– Бяка, – подал голос Денни и выплюнул всю фруктовую смесь.
– Как некрасиво, – сказала Сара. И затем Уолту: – Ты говоришь о Джонни Смите?
– О ком же еще?