– Гм, – произнесла Лена и не обернулась.
Все двери в коридоре были закрыты и заперты на ключ. Как и большинство провинциальных школ, школа имени Роберта Ли принимала меры против вторжения посторонних. На всякий случай здесь дежурили двое полицейских, следивших за порядком. Лену как патрульного офицера нередко вызывали в школу для ареста наркоторговцев и скандалистов. Из своего опыта она знала, что справляться со школьными нарушителями порядка намного труднее, чем с их взрослыми коллегами. Несовершеннолетние преступники знали законы лучше большинства полицейских, а потому ничего не боялись.
– Здесь все переменилось, – сказал Брэд, вторя ее мыслям. – Не знаю, как учителя с ними справляются.
– Так же, как и мы, – ответила Лена, стремясь прекратить разговор.
Она никогда не любила школу и чувствовала себя здесь не в своей тарелке. После разговора с Марком Паттерсоном Лена испытывала внутренний разлад: к ней частично вернулась уверенность, оттого что удалось наладить контакт с мальчиком, но в то же время ее угнетала мысль, что она позволила подростку нарушить дистанцию. Хуже всего, что Джеффри тоже это заметил.
– Ну вот мы и пришли, – сказал Брэд, остановившись возле шкафчика Дженни Уивер.
Он вынул из кармана листок бумаги, развернул его и сказал:
– Комбинация такая…
Лена, не дослушав, сунула под замок большой палец и открыла дверцу.
– Как вы это сделали? – поразился Брэд.
– Шифрами пользуются одни дегенераты.
Брэд покраснел, но постарался скрыть это – начал доставать вещи из шкафчика.
– Три учебника, – он подал их Лене, чтобы она пролистала страницы. – Тетрадь, – продолжил он. – Два карандаша и пачка жевательной резинки.
Лена заглянула в узкий шкафчик и подумала, что Дженни Уивер была намного аккуратнее, чем она. Внутренние стенки не были даже оклеены картинками.
– И это все? – спросила она, хотя и сама все видела.
– Все, – ответил Брэд и пролистал книги, которые Лена уже проверила.
Лена открыла тетрадь со щенком на обложке. Там было шесть цветных табличек, по одной на каждый урок. Они делили бумагу на сектора. Заполнены были почти все страницы, но, насколько Лена могла судить, там были лишь учебные записи. Дженни Уивер даже на уголках ничего не нарисовала.
– Должно быть, она была хорошей ученицей, – заметила Лена.
– Ей было тринадцать, а она ходила в девятый класс.
– В этом есть что-то необычное?
– Это значит, что она перескочила через класс, – сказал Брэд и уложил книги в шкаф в том же порядке; взял пачку жевательной резинки – проверил, действительно ли это резинка.
– Да, аккуратная была девочка.