Гарри дважды ходил на поиски пищи и выхода из пещеры. В первый раз он отсутствовал несколько часов, вернулся истощенный, с пустыми руками и не найдя другого выхода, кроме того, через который мы пришли. Он прошел в этом направлении достаточно далеко и увидел, что несколько инков стерегут проход с другого конца. Они заметили его и бросились в погоню, но он вернулся, не получив никаких ран, а индейцы скоро прекратили его преследовать.
В следующий раз он отсутствовал не более получаса, и, как только он вернулся, я понял по его лицу, что случилось.
Мне было не до шуток, его ужас передался мне, словно ребенку, и я не мог найти нужных слов. Но он и сам был слишком взволнован, чтобы выказывать мне свое неудовольствие.
— Вы не знаете, вы не знаете, — повторял он в ответ на мои вопросы, потом добавил: — Я не могу здесь больше оставаться. Говорю вам, нам надо отсюда уходить. Вы не представляете, как ужасно…
— Да, надо уходить, — сказала Дезире и посмотрела на меня.
— Но мне трудно идти, — возразил я.
— Да, — сказал Гарри, — я знаю. Но мы тебе поможем. Здесь должен быть другой выход, и нам надо сейчас же отправляться в путь.
— Очень хорошо, — совершенно спокойно ответил я, взял одно из копий, которые мы принесли вместе с собой, и, встав на колени, упер древко копья в стену напротив своей груди.
Но Гарри понял мои намерения и опередил меня.
Он бросился ко мне, выхватил копье из моей руки и отбросил его на дюжину футов.
— Ты что, с ума сошел? — гневно воскликнул он.
— Но мне лишь немного полегчало, и я сомневаюсь, что будет лучше. Идти — почему бы и нет? Но я мешаю вам и устал от самого себя.
— Ты упрекаешь меня, но я говорю тебе, что ты ничего не знаешь. Хорошо — мы остаемся. Но ты должен пообещать мне, что больше не будешь делать глупостей.
— В любом случае, — ответил я, — вам скоро надо будет идти, или вы умрете от голода. Может, через двадцать четыре часа я окрепну. Ну, Дезире, как вам это нравится?
Она ничего не ответила и стояла спиной к нам, всматриваясь в глубину пещеры. В ее позе была какая-то напряженность, я проследил за ее взглядом и перестал удивляться ее тревоге — в нашем направлении из темноты медленно двигалась огромная, черная, неопределенной формы туша. Гарри увидел ее в тот же момент, что и я, закрыл лицо руками и сказал нам с Дезире, чтобы мы последовали его примеру.
Дезире подчинилась, а я встал на колени и устремил взор вперед, готовый вступить в поединок, если только это не будет сражение в прямом смысле этого слова. Не могу сказать, что чувствовал себя очень уверенно, но мне хотелось показать Дезире и Гарри, что они испытывают детский страх.